Междукнижие. Армелонский цикл

Как она ни старалась его соблазнить, воля Кедде оказалась сильнее и ее уговоров, и ее непонимания, и даже ее обид.

– Так и скажи, что передумал! – не стеснялась эмоций Кеола. – Что не хочешь больше жениться! Что разлюбил или вообще никогда!..

– Я хочу дать тебе время, – угрюмо отвечал Кедде. – Восемнадцать лет – переломный момент, сама знаешь. Не прощу, если лишу тебя крыльев, а ты потом об этом пожалеешь!

Что оставалось делать Кеоле? Только утешать этого идеалиста, вспоминая, как сама его отталкивала из-за невозможности оборота.

Боги сполна позволили прочувствовать собственную жестокость. Но тем слаще оказалась награда.

Кеола, наверное, была первым драконом, отправившимся к ведунье с просьбой об обереге. Она почти не сомневалась, что старуха ей откажет, но хотела попытать счастья. Если этот оберег на самом деле защищал человеческих мужчин от разных бед, Кеола должна была его заполучить.

Ведунья встретила ее ворчанием, однако с порога не прогнала и в просьбе не отказала. Кеоле даже почудилось, что старухе самой было интересно, что из всего этого получится.

– Чудные вы, девицы, и одна другой все чуднее, – незлобливо бормотала ведунья, расчесывая Кеоле волосы. – Но истинные чувства ни с чем не спутать: тут уж хоть человек, хоть дракон… Значит, и гордости его не боишься? Он ведь не смирится с сомнениями. Ты ему цельная нужна.

Эти слова вынудили Кеолу прислушаться к своему сердцу и понять, что именно столько лет не давало ей покоя. Придуманная обида на родителей. Кеола ведь давно узнала, что не было их вины в ее плене и последующих мучениях.

Наверняка они тоже страдали, считая ее погибшей, а ведь Кеола могла так просто избавить их от этого, а заодно и себя – от угрызений совести. И объяснить родителям, почему не может остаться с ними.

С трудом дождавшись конца ритуала и от всего сердца поблагодарив ведунью, Кеола поспешила в Драконью долину. Приближалась зима, и родители вместе с соплеменниками должны были давно вернуться в насиженные места. Кеола всю дорогу думала, что скажет им, но оказалось, что говорить ничего не надо.

Словно и не было этих лет: Кеола окунулась в счастливое беззаботное детство, окруженная любовью семьи и щедро отвечающая им взаимностью.

Но когда подошел срок возвращаться, у нее не возникло и тени сомнения в своем выборе. Ей предстояло создать собственную семью, и Кеола хотела только, чтобы родители ее поняли.

– Я помню Кедде: он отличный парень, – заметил отец, уже знавший его историю потери драконьей ипостаси.