Любовь без права выбора

И я с жадностью посмотрела на бутылку, оставленную некромантом на столе.

– Еще? – без особых проблем расшифровал он мой взгляд.

Не дожидаясь ответа, прищелкнул пальцами. Тотчас же бутылка сама взмыла в воздух и подлетела ко мне, после чего мой бокал вновь оказался наполнен. При этом ни одной капли вина не пролилось мимо.

Я опустила голову, пряча даже не улыбку – намек на нее в тени распущенных и вьющихся после купания волос. Виер Гарольд явно любит бахвалиться своим магическим даром и считает себя настоящим мастером.

Хотел произвести на меня впечатление простеньким трюком. Будь на моем месте какая‑нибудь крестьянка – это бы, безусловно, сработало. Но ведь мой отец был графом, а следовательно, у нас дома частенько устраивались всевозможные приемы, на которые не гнушались заглядывать господа маги. Недаром они считаются сливками хельонского общества.

Но, естественно, я не позволила и тени этих мыслей отразиться на моем лице.

– Спасибо, – поблагодарила его я и тут же вновь поднесла бокал к губам.

– Это последнее для тебя на сегодня, – предупредил меня Гарольд, который продолжал с искренним интересом за мной наблюдать. – Знаешь ли, не люблю пьяных девиц. Особенно в постели.

После последней фразы он подался вперед и впился жадным взглядом мне в лицо, явно ожидая, как я отреагирую на его откровенность.

Мне стоило больших трудов не покраснеть. Но внутренне я уже смирилась с тем, какую плату мне придется принести за жизнь брата. Пусть будет так.

– Как будет вам угодно, господин, – ровно отозвалась я, сделала шаг вперед и поставила бокал на краешек стола, почти не пригубив его, после чего тут же вернулась на прежнее место.

– И тебя ничего не смущает в моем предложении? – В голосе Гарольда прозвучало изумление.

– Я догадывалась о том, что вы потребуете в обмен на свою помощь, – с прежним нарочитым безразличием ответила я. – Все равно мне больше нечем заплатить. Только своим телом. Но вы спасли моего брата. Вы спасли меня. Вы вправе получить то, что сочтете нужным.

– И часто за последние полгода ты расплачивалась собою?

Я удивленно подняла на Гарольда глаза. В его тоне вдруг прорезалось раздражение. Что это с ним? Он злится? Но почему?

Я могла бы ему сказать, что он будет первым у меня. Но не стала. А то еще решит, будто я пытаюсь разжалобить его. Поэтому лишь неопределенно пожала плечами и опять опустила взгляд, уставившись на ковер под ногами.

– Ну что же. – Гарольд наконец‑то отлепился от подоконника.