Поцелуй для истинного. Расколдовать дракона

— Только скажем Замку-Артефакту и Эллейн, чтобы внимательно следили за ним… Вижу, ты со мной согласна. Ну, а теперь пойдём-ка в столовую. Как бы то ни было, правила Замка-Артефакта нужно соблюдать неукоснительно!

Конец первой части

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. Глава 1

Поговорить о заговорщиках и составить план, как заманить их в ловушку, мы с Дэйном так и не успели. Замок-Артефакт наливал чай в фарфоровые чашки, когда перед моим драконом возник свиток пергамента. Паря над столом, он медленно развернулся, и зазвучал мелодичный женский голос:

— Благородный Дэйнхар из рода Илль, ваш отец тяжело болен, и мы беспокоимся за его здоровье.

Пергамент вспыхнул и сгорел, а пепел рассеялся в воздухе. Я видела, как побледнело лицо Дэйна, и успокаивающе положила ладонь на его руку, сжавшуюся в кулак.

— Уверена, с твоим отцом всё будет в порядке, — я понимала, что это лишь слова, но, может быть, от них моему дракону станет легче.

— Мы, драконы, редко болеем чем бы то ни было, — Хэльгрен, даже за столом уткнувшийся в книгу из библиотеки, поднял глаза, и мне показалось, что он озадачен. — Разве не так?

Дэйн как будто через силу кивнул.

— Именно. Воспоминания возвращаются к вам с удивительной быстротой, Хэльгрен.

— О нет, ещё не совсем, — тихо отозвался наш зловещий гость, возвращаясь к книге и рассеянно мешая серебряной ложечкой в чае.

— Вы забыли сахар насыпать, — я протянула ему щипцы, стараясь не смотреть в ясные синие глаза.

Хэльгрен смущённо рассмеялся, а Дэйн порывисто встал из-за стола.

— Я должен лететь. Роника, пойдём, ты проводишь меня.

— Конечно! — Я подхватилась с места и, взяв своего дракона за руку, пошла рядом.

К моему удивлению, Дэйн направился не вниз по лестнице, а вверх.

— Будет гораздо лучше, если я оживлю картинку с замком Илль, — объяснил мой дракон, — и шагну в портал, чем если я полечу туда, как обычно.

Голос Дэйна прозвучал как-то странно, и я посмотрела на него внимательнее, когда мы зашагали по коридору.

— Дэйн, ты думаешь, что это она… Да нет же! Если всё так далеко зашло, к чему твоей мачехе отправлять письмо и предупреждать тебя? — засомневалась я.