Поцелуй для истинного. Расколдовать дракона

Драконьей магии.

— Фэлани Величайшая! — втроём жрецы воздели руки к небу. — Благослови, благослови, благослови!

А мой пленник, наконец, невероятным усилием вырвался из-под талисмана, но было уже поздно. Магии в жилах Дэйна текло совсем немного!

— Роника, что ты наделала?! — яростно закричал он, увидел жрецов и… начал превращаться в чешуйчатого ящера. На это его сил ещё хватало! Я испугалась и, не думая, ударила по нему антимагией. Дэйн обмяк и повалился в траву, так и не приняв драконью форму.

— Не беспокойся, Верховная, у Арлида есть замечательные волшебные путы! — Гэрхол бросился ко мне, поддержал, обнял за плечи, пока Арлид и Зурбаг связывали бесчувственному дракону руки.

У него были сухие, неприятные губы. Я кивнула и пробормотала:

— Думала, что полностью лишу его силы. Не дожала.

— Это потому, что тебя сдерживали твои чувства, — Гэрхол похлопал меня по плечу.

Я снова кивнула. Говорить я не могла — горло сдавило, и невыносимо хотелось плакать. Вспомнилась, промелькнула, как дивный сон, моя беззаботная жизнь в Замке-Артефакте. Всё закончилось, я одним решительным ударом перерубила нити. И должна радоваться, что покончила со всей этой ложью, а заодно выполнила опасное и тяжёлое поручение Гэрхола, а радости, как назло, не было ни капли.

— Жаль, те двое драконов сбежали, — задумчиво произнёс Гэрхол, ведя меня к лагерю. Вслед за нами Арлид и Зурбаг, пыхтя, тащили несчастного Дэйна. — Если обессилить и их тоже, то получится, что мы расправились сразу с тремя ящерами. Ничего, ещё заманим в капкан… У меня грандиозные планы, Верховная, и я не сомневаюсь, что избавить мир от драконов — выполнимая задача! Нужно только приложить как можно больше усилий. Сначала выберем новую цель, затем разработаем план… Ты слушаешь меня, Верховная?

Я всё кивала и кивала головой, словно марионетка, которую дёргает весёлый кукольник, а лесная тропинка у меня перед глазами расплывалась от слёз.

Глава 10

Дэйн

Дорога из лагеря в заброшенную деревню, где жрецы планировали своё проклятое жертвоприношение, оказалась долгой.

Один из стороживших меня ублюдков, высокий, тощий и с пегими волосами, шёл сзади с дубиной в руке. Его звали Арлид, и на плече у него сидела чёрная птица.