Обсидиановые звёзды

Багровый повелитель со злорадством смотрел на окровавленную руку, где в последних предсмертных судорогах билось хрупкое человеческое сердце. Так будет со всеми, кто перешел ему дорогу, кто посмел восстать. Жалкий носитель! Как он был ничтожен в тот день, когда Агран подарил ему могущество. И этот слизняк посмел предать.

— Ваше величество! — взвыл великий жрец, осеняя себя знаком, отгоняющим демонов.

А стоящие за его спиной воины в плащах с капюшонами синхронно обнажили мечи.

— Сгинь! Сгинь нечисть! Великим Первым богом заклинаю! — визжал жрец.

Багровый повелитель бросил сердце врага на землю, наступил на него каблуком сапога, вытер руку о штаны и злорадно усмехнулся.

— Да, как ты смеешь! — рявкнул он, роясь в воспоминаниях носителя. — Я получил благословение в храме. Сам Первый бог вошел в меня и приказал принести императора в жертву.

Великий жрец опешил, но оказался не таким простофилей, как показалось вначале. Недоверчиво покачал головой и продолжал молиться, незаметно подав своим воинам знак к атаке.

Они даже двигались синхронно. Багровый повелитель усмехнулся и не сдвинулся с места. Ни одному смертному не справиться с темным магом. Он видел нити, сияющие всеми оттенками черного. Ему достаточно лишь разорвать некоторые и эти вышколенные воины упадут к его ногам сломанными куклами.

Первый слуга веры, так и застыл с занесенными для удара мечами. Багровый повелитель, играя, разорвал ему грудную клетку. Капюшон слетел с головы мужчины, открывая лицо с горящей на лбу руной.

Увидев плетение, Багровый повелитель не смог сдержать ликования.

Боги! Эти смертные сами сделали для него армию. Пусть и живы еще носители. Но настолько сломлены, что не смогут противостоять. Сил потребуется больше, чем если проводить призыв по правилам, но на этот небольшой отряд хватит. Так и будет их обращать постепенно.

— Рунами Уруз, Турисаз, Перт и Тейваз призываю вас, явитесь! — закричал он.

Слуги веры резко остановились, оружие выпало из их ослабевших рук, вязь рун на лбах засветилась. Неизвестная сила подняла их в воздух, распяла, вскинула головы к небу.

Глаза закатились, и их тут же залила тьма. Тела бились в конвульсиях, принимая в себя новые сущности. Бездушные, жестокие и полностью ему покорные.

Магия перестала трепать слуг веры, будто марионеток, опустила на землю. Они застыли истуканами напротив призвавшего их темного, ожидая приказов.

Рядом истерично молился верховный жрец, упав на колени и едва помня себя от ужаса. Багровый повелитель усмехнулся.