Обсидиановые звёзды

Подоспели его сотоварищи и связали крепко запястья за спиной, заставили опуститься на колени.

Вперед вышел жрец. Он отличался от слуг веры тем, что не скрывал лица, гордо демонстрируя всем руну на лбу. В ее сторону взглянул с омерзением, будто на слизняка смотрел, а не на женщину.

— Отродье Бездны, — прошипел он. — Ты предстанешь перед судом Первого бога, после того, как пройдешь очистительный огонь.

А после ее подняли под руки на ноги. И куда-то потащили. Лира больше не сопротивлялась. В глубине души она знала, что ее костер так близко, что уже поджаривает пятки.

И больше никто и ничто не сможет ее спасти.

Глава 14

Голова болела, стучало в висках и очень сильно хотелось пить. Эйбис, казалось, от одного движения ее тело запылает и рассыплется пеплом, так сильно тянуло мышцы. Даже взмах ресниц причинял боль, а солнечный свет немилосердно сжигал сетчатку глаза.

Может она в Бездне? Наказана за то, что нарушила постулаты веры? И демоны истязают ее душу, не позволяя переродиться?

Эйбис застонала.

Боги! Как же плохо. Зрение постепенно приходило в норму. Становились четкими очертания богато обставленной комнаты. Вышитые гобелены закрывали серые камни стен. Камин зиял пустым в летнее время зевом. Сама же Эйбис лежала на шелковых простынях на большой кровати с балдахином. Упавшая бессильно рука наткнулась на кованый сундук. Это явно не Бездна, но… Окно забрано решеткой. Ее посадили в золотую клетку.

Память медленно возвращалась, заставляя страдать уже не тело хозяйки, а душу. Кей, Лийера, предстоящий суд и жар… Она больна? Вчера казалось, что была готова вспыхнуть факелом.

И так хотелось всех убить. Только вездесущий Лаель что-то сделал с ней. И теперь так плохо.

Слуга веры будто почувствовал, что она очнулась. Вошел в комнату, тихо закрыв за собой дверь, и остановился рядом с кроватью. Эйбис не хотела его видеть. Велик соблазн выцарапать глаза бесчувственному чурбану. Из-за него она здесь взаперти и никак не сможет помочь любимым людям. Опять натянул свой капюшон на глаза, холодный камень.

— Я знаю, что ты пришла в себя, — впервые начал разговор Лаель первым.

— Иди в Бездну! — огрызнулась Эйбис.

Были бы силы… он пожалел бы.

Но ее грубость не возымела никакого эффекта. Мужчина молча взял серебряный кувшин и кубок, стоявший, видимо, на подносе на кованом сундуке. Звук журчащей жидкости заставил еще сильнее заныть горло от странной и необъяснимой сухости.

— Тебе нужно выпить это, — без эмоций ответил ей Лаель, протягивая кубок.