Сезон звёздных дождей

– Я не уверена, что он горит желанием мне помогать, – произнесла я, хотя дело было скорее в том, что мне самой не хотелось просить поддержки у бывшего парня.

– Да он ради тебя готов будет гору вишнёвых турмалинов украсть, только бы в его сторону посмотрела, – хмыкнул отец.

Как опровергнуть это утверждение, я не знала, поэтому предпочла перевести тему.

– Допустим, я останусь на круизном лайнере, но что мне прикажешь делать дальше? Ты знал, что Лисандрия направлялась в круиз вместе с каким-то парнем? Кстати, мне хотелось бы узнать про него поподробнее.

– Тут всё просто. Скажи ему, что помирилась с бывшим парнем и переезжай в номер Горана. Одним махом решишь все проблемы.

– Но Горан может лететь не один, – возразила я, а сердце предательски кольнуло.

Что это? Неужели ревность? Спустя три года... Нет. Просто раздражение.

– Он летит один. Это мы уже выяснили. Сейчас назову тебе номер каюты, чтобы смогла сразу перенести вещи.

– Нет! – воскликнула я.

– Как это нет? – удивился отец.

– Вот так! Ни одного дня не готова жить в одном номере с Гораном! Даже ради вишневого турмалина. Лучше сойду на Эргензум-4 и оттуда полечу сразу домой.

– Нет, так нет. Не горячись, – поспешил успокоить меня отец. – Можешь остаться жить с этим парнем. Как его там?

– Этого парня зовут Омерхан, – подсказала я. – Но мне бы хотелось узнать что-нибудь ещё, кроме его имени.

– Прямо сейчас я могу сообщить тебе только его фамилию. Где-то здесь была записана, – замялся он, шурша бумагой.

– И это всё? Неужели нет каких-то других данных?

– Ещё рост и вес. Интересует?

– Нет. Вряд ли эта информация может оказаться для меня полезной. Чем занималась твоя команда? Неужели никому не пришло в голову поискать сведения о парне, рядом с которым я вынуждена буду жить?

Тоже мне профессионалы. Грузили меня нотациями и предупреждениями о том, что я должна всё предусматривать заранее, а сами допускают один промах за другим.

– Вообще-то мы надеялись, что вишневый турмалин уже у тебя. Ну или что в крайнем случае ты переберешься к Горану. Кто же знал, что детские обиды ещё не забыты.

Так и хотелось сказать: «Ты знал, отец! Не по тому ли мы с тобой не общаемся?!» К сожалению, сейчас у меня не было времени, чтобы устроить качественную истерику, а некачественная здесь всё равно бы не помогла.