Последнее пророчество Эллады: Спасти Персефону

Это имя предназначалось только для матери и сестры.

Но сейчас ей было не до того.

– Значит, Арес и Гекату сожрал, – растерянно сказала царица. – Вошел во вкус, с-скотина.

Из глаз царя ушло напряжение, но он по-прежнему не рисковал улыбаться. Чувствовал, видимо, что-то такое, что не могла ощутить она.

Правильно чувствовал.

– Ты уверена, что это Арес?

– Уверена, кто же еще? Он ведь и дочку мою сожрал, Макарию.

Аид, кажется, ничего не понимал.

Персефона принялась объяснять подземному царю, какая у нее замечательная была дочка, пока Арес не проглотил ее, но в какой-то момент поняла, что кричит, и что вокруг, повинуясь каждому взмаху ее рук, вырастают корявые кусты с острыми шипами.

Вырастают – и тут же превращаются в прах.

И что из стен лезут колючие ветки, а сквозь потолок и пол пробираются корни. И щели становятся шире, и корни все толще, и вот уже по проторенным дорожкам бегут тысячи муравьев и термитов, и из-за крошечных хитиновых тел уже не видно гранитных плит.

Миг – и муравьи погибают в быстро растущей траве, и вместе с травой обращаются в прах.

Кажется, Персефона кричит. Что-то о дочери, да, и о крайне неудачных отцах.

И вот дворец уже начинает шататься под натиском мощных корней, и стонут позеленевшие, поросшие травой стены, и хрипло кричат мертвые птицы, а тени, слуги, судьи, чудовища – все бегут прочь.

Только Аид не бежит, он смотрит на Персефону и цедит ругательства. И пусть в трех шагах уже не видно ни коридора, ни гранита, только зелено-коричневую шевелящуюся стену, вокруг экс- Владыки – мертвая зона.

Вокруг Персефоны тоже: беснующиеся растения не могут причинить вред своей госпоже.

А в двух шагах, почти касаясь колючей стены, застыл бледный Гермес.

Психопомп стоял, не поднимая глаз, и Персефона сначала его не заметила. Но когда изъеденный корнями пол пошатнулся, и где-то совсем рядом раздался оглушительный трубный звук, Гермес вскинул голову, испуганно озираясь, и встретился взглядом с царицей.

В тот миг она помнила только то, что ее дочь сожрали, подругу сожрали, и в этот самый момент, наверно, глотают сестру, и хотела лишь одного – чтобы как-нибудь оказалось, что этого не было.

Чтобы этого не было.

Чтобы не было ничего.

И так легко оказалось мобилизовать непонятно откуда взявшиеся силы, направить их на жалко съежившегося Психопомпа…

Только Аид оказался быстрее. Он швырнул Гермесу хтоний и крикнул:

– Вернешь!..