В тени драконьего крыла

Почему же к нему у тебя другое отношение?

— Недремлющая Терра, Руи! В который раз ты заводишь этот разговор?

— Да пускай хоть в сотый, ответа я так и не получил.

— Во-первых, я не знала, что он из АЗЛоД. Выглядел он как какой-нибудь торговец.

— Ты не так далека от правды, — хохотнул Руи. — Он держал кабак. Ну, а сейчас, когда ты узнала, твое отношение к нему изменилось?

Лийса поджала губы.

— Он уже не армеец. И помогал тебе.

— Знаешь, это походит на то, что ты вешаешь ярлыки на людей. Как на овец — годится на шерсть или ее на убой…

— Да, для меня все они одинаковые! — не выдержала та.

— И что в этом такого? Хочешь сказать, я должна прощать им смерти невинных только из-за того, что им не посчастливилось попасть в армию?

Руки Кристы под столом сжались в кулаки.

— Если они против такого, — не унималась Лийса, будто совершенно позабыв про гостью, — почему же не воспротивились? Могли бы и сбежать попросту, сколько людей так к нам перебралось.

— Если бы все было так просто, беженцев было гораздо больше.

Ты думаешь, АЗЛоД никак не борется с дезертирством? Я тебя разочарую. Если бы я не был рядом с ней, — Руи кивнул на спутницу, — ее бы уже давно поймали и порешили. А о том, как легко проколоться на предательстве и загреметь в тюрьму и на эшафот, я вообще молчу.

Криста резко встала из-за стола, и спорщики замолкли.

— Извините, — пробормотала она под нос. — Спасибо, было вкусно… я, пожалуй, пойду… высплюсь… устала…

Ее провожало гробовое молчание. Открыв дверь, Криста поспешила на второй этаж, где Лийса выделила им по комнате, и изо всех сил бросилась к окну.

Воздух. Ей нужен воздух.

Лишь когда прохлада коснулась ее лица, Кристе наконец удалось вдохнуть полной грудью. Ноги перестали ее держать, и она опустилась на пол, подогнув колени.

А она, дура, поверила, что здесь ее могут принять. Руи сказал это с такой простотой и уверенностью, что она действительно понадеялась. Не в первый раз ведь попадает в эту ловушку. Так почему снова?..

В глазах защипало, и Криста старательно сморгнула слезы, злясь на саму себя.

Она и не обязана тут ни с кем дружить. Всего лишь переночует, а завтра они с Руи пойдут дальше…

— Извини ее, — раздалось над ней.

Если бы Криста не сидела на коленях, то подпрыгнула бы от неожиданности. Она даже скрипа половиц не слышала!

— Я нарочно вытянул ее на этот разговор, чтобы она поделилась с тобой своими чувствами. Не в ее привычке делиться таким. А пока вы не поймете их, не поладите.