Руслана Браун: приключения ведьмы. Другой мир. Часть 2. Легенда о лунной дольке

– Я лишь забрал принадлежащий мне долг, госпожа! – Он показал Эльзе пергамент с подписанным юношей контрактом, на котором крупными зелеными чернилами красовалась буква «И», что означало «исполнено». – Друг Руди согласился на честную сделку с Бисмарком Троксом, исполнив его желание, взамен я лишь забрал плату. Вы получили желанный подарок, я тоже получил, госпожа! – не поднимая головы, пищал в оправдание напуганный бес.

– Что... – шокированно прошептала чуть слышно Эльза, потирая на шее злополучное ожерелье с его горящей сердцевиной.

Она посмотрела на обручальное кольцо, с пылающим в нем камнем цвета кровавого зарева, и тут же все поняла.

– АА-аа!.. – взревела она раненым буйволом, вновь открывшаяся рана обжигала адской болью.

Эльза сорвала с пальца кольцо и разъяренно вышвырнула его в траву. Перед глазами промелькнули прошедшие события, тогда ведьма едва ли не захлебнулась от накатывающей к горлу собственной желчи. Она еще раз усмирила свои нахлынувшие чувства и обратилась с речью к бесенку:

– Это ты виноват в его смерти!!! Ты убил его, мерзкий червяк, а я убью тебя! – властным ледяным голосом прохрипела ведьма, не испытывая абсолютно никаких сантиментов по отношению к этому существу.

– Бисмарк Трокс не убивал байстрюка Руди, моя госпожа! Смилуйтесь, прошу, у меня большая семья, я лишь забрал свой приз – его душу, а он упал без чувств, все так и было... – неистово пищал бесенок, моля о пощаде.

– Новаро мори эфекто! – зашипела она качающей головой.

– Смилуйтесь, молю вас, смилуйтесь... ой, как горячо!.. – вопил он, как полоумный. Пытался рьяно щелкать пальцами, чтобы раствориться в воздухе, как он это умеет, но у бедняги ничего не выходило. Магия его не слушалась. Она славно вся была подчинена Эльзе. Черт скакал по раскаленному дну с молящими криками, вот только своенравную бестию уже ничего не трогало.

Жалкое пищание стихло, когда чертенок полностью сгорел. Молодая ведьма безжалостно посмотрела на оставшийся после существа пепел и унылой, но равнодушной гримасой проговорила:

– Адонатэ! – Все, что возвышалось над водой, исчезло, словно этого никогда и не было.

Эльза стояла на берегу, теперь уже чужого озера, хотя всегда считала его своим, этаким приложением к родовому замку.