Первая жена Кощея

Кому был ближе громовержец Перун, кому солнечный Хорс или огненный Сварог, хотя и остальных не забывали, обращаясь к ним по нужде. В роду Морея поклонялись и служили женским божествам - Макоши и Марене. От них получали тайное ведовство и светлые чары. И каждый посвященный один раз в жизни мог обратиться к ним с особой просьбой.

Добронега – нежная, любимая, желанная – ушла от него, но остался плод их любви, Велеслава-Марена. Он старался не думать, что этой девочке предстоит стать телесным воплощением темной богини и жить вечно.

Сейчас она была самым обыкновенным младенцем, в которой он искал черты любимой жены, ушедшей за окоем.

В церкви священник, не спрашивая согласия, выбрал имя по святцам и окрестил девочку с именем Мария. Услышав это, Морей вздрогнул.

Мария – так похоже на Марена. Случайно ли?

Мария, дочь Мореева. Марья Моревна, Мара-Марена…

Велеслава была забыта, как и сам он не вспоминал свое христианское имя – Никодим. Девочка, родившаяся слабой и хилой, выправилась, росла крепкой, пригожей и смышленой, во всем превосходя сверстников.

Отец души в ней не чаял, но не баловал, с малых лет учил и женской работе, и тем премудростям, которыми владел сам.

- Смотри, Марьюшка, - рассказывал он в долгих прогулках по лесу, - это тирлич, трава злая, нам без надобности. Вот плакун-трава, оберег от нечисти. А это расковник, разрыв-трава, отмыкает замки, хранит от ран и от дурного глаза. От людей прячется, но нам с тобой открыт, есть у нас тайная сила от Великих матерей.

- Мы возьмем их с собой? – спрашивала девочка, осторожно приглаживая лепестки.

- Нет, сейчас не время. На Ярилин день, когда солнце на небе стоит перед поворотом к зиме, придем до света, поклонимся матери – сырой земле и попросим разрешения собрать травы. Тогда у них будет особая сила.

Марья схватывала все на лету, спрашивала, запоминала, и отец не мог на нее нарадоваться. Но иногда она замирала, глядя куда-то вглубь земли, и тогда Морей чувствовал, как по спине бегут холодные мураши.

***

На ладного, молодого вдовца засматривались и девки, и вдовицы, а то и мужние жены, но Морей никого не замечал.

Жил с дочкой вдвоем на окраине деревни, у самого леса. С женской работой помогала Рада, сестра покойной матери, звавшая Марью внучкой. С остальным управлялся сам.

К нему приходили за целебными травами или за наговором, и он охотно помогал, порой без всякой платы. Никто, кроме него, не мог так легко угомонить буйного, примирить враждующих или найти потерянное.