Княжич степных земель

- Что-то происходит, - Ярем и Грицай переглянулись. – Что-то лютое.

Ели зашумели так, словно услышали слова прорицателя. Бажена поморщилась. Зулейка сплюнула на снег сгусток крови и посмотрела вдаль. Лучше бы она этого не делала – увиденное заставило её вздрогнуть.

Леший, господарь чащи, злобно смотрел на чародейских учеников. К его дубовому телу жались лешачата и мавки. А на земле – жуткое дело! – лежало тело Марены. Он с отвращением перевёл взгляд на Марену и закружил её в морозном вихре. Зулейка ахнула вместе с остальными.

- В последний раз предупреждаю, - повелительно произнёс он, - ещё раз навредите моим детям – всех прокляну вместе с домом.

Леший исчез вместе со своей свитой. Они долго стояли на ветру, не в силах пошевелиться. Первой пришла в себя Бажена – тут же побежала к воротам, чтобы забрать тело Марены, едва живое и дышащее с трудом. Зулейка вместе с Лыцком, Грицаем пошли на кухню. Все трое в могильной тишине заваривали зелёный чай из мяты и пили его удивительно долго. Печь всё ещё жарила, наполняя комнату теплом.

Где-то в стороне послышался топот. Бажена вернулась, чтобы прихватить несколько охапок с можжевельником. Зулейка поймала себя на мысли, что хотела бы ей помочь, но она никак не могла выйти из оцепенения. Перед ней по-прежнему стояли смарагдовые глаза Лешего, который мог испепелить их всех разом. Низ живота непривычно ныл. Бажена убежала и, кажется, сказала, что Марене стало лучше, но работы слишком много. Грицай отставил кружку чая и принялся снова тасовать карты.

- Ну дела, - Грицай нахмурился. – Вот и погуляла с княжичем.

- Что там? – спросил Лыцко.

- Проклятие на крови, - прорицатель поморщился. – Поставлено хорошо, снять… Наверное, можно.

Зулейка и Лыцко переглянулись. Они сразу подумали о Ягрэне. Если Марена действительно встретила Юркеша, то дело плохо. Только как оно было связано с Лешим? С чего вдруг навьему господарю нападать на них, чародейских учеников?

- Вот ведь кашица заварилась, - Грицай сложил карты.

Ярем зажёг новую свечу, в этот раз обычную восковую. За окнами пела вьюга. Морозная Мать разгулялась вовсю вместе со своими детьми. Снег хлопьями летел по ветру и оседал на голых ветвях. Лыцко оторвался от ножа и начал подкидывать дров в печь, чтобы пламя горело ярче. Несмотря на вечер, спать никому не хотелось, как и покидать кухню.