Княжич степных земель

От бумаги отдавало смородиновой брагой. Птичница покачала головой: хороши дела, нечего сказать! От Пшелицы до Яшевиц-града – седмица, с войском… Полторы-две, не больше. Хватит ли этого для подготовки целой столицы? И что будет с деревнями?

- Лети, - Марена кивнула ворону. – Спасибо за службу, ты сделал своё.

Ворон кивнул и с громким карканьем покинул комнату. Птичница тут же закрыла окно и присела на постель. Зулейка пошла другим путём, спелась с неизвестной ведьмой и… О, она придёт в Яшевиц-град вместе с людьми Ягрэна.

Дверь открылась. Марена подняла голову и увидела князя. Юркеш кивнул ей и спокойно прошёл в свои покои.

- Войско Ягрэна скоро покинет Пшелицу, - безрадостно сказала она.

- Уже покинули, - хмыкнул князь.

- Что будешь делать? – этот вопрос волновал Марену едва ли не сильнее чащобного лиха.

- Ничего, - Юркеш рухнул на мягкую постель. – Пусть приходит. Как дойдёт, тогда и встречу.

- То есть, - она сглотнула, - ты не собираешься готовить людей?

- Марена, - мягко обратился к ней князь, - я знаю, как одолеть моего брата.

- Что ты затеваешь? – птичница прищурилась.

- Не могу сказать, - Юркеш улыбнулся. – Извини, но это тайна.

Марена тяжело вздохнула. Надо бы предупредить Лыцка, чтобы перебирался обратно в город. Она прекрасно знала, что ратники не пощадят деревни. Что такое пара домиков на пути к целому княжеству? Пустяк, и только. Будет много костров, крови, полетят головы, настанет голод… А Юркеш ничего не собирался делать – он просто поднёс к носу веточку хвои и лежал, с удовольствием вдыхая запах леса.

Птичница никак не могла понять, что задумал Юркеш, но ей это уже не нравилось. Лучший способ закончить вражду – бросить вызов на поединок. Может, именно это и собирался сделать князь? Решил, пусть боги их рассудят и направят мечи, куда нужно. Если так, то хорошо. Но почему тогда Юркеш не послал вызов заранее, вместе с соколом и фамильной печатью? Не складывались нити одна к одной, словно невидимая рука спутывала их.

- Не думай об этом, - сказал князь. – Я справлюсь со своим братом.

Птичница взглянула в мутные глаза Юркеша. Какая-то пелена застилала его ум. Может, князь уже давно погрузился в пучину безумия и не ведал, что творил? Или он медленно, но верно сходил с ума, подобно отцу? Марена не знала, что думать, поэтому благоразумно последовала совету.