Княжич степных земель

Монах низко поклонился и сказал, что пришлёт своего настоятеля и учителя, мол, пусть лучший расскажет светлой княгине и её князю о Триедином Боге. Эта затея могла бы всколыхнуть сердце Юркеша, подсказать ему, что совсем рядом находится та, кем пренебрегать точно не стоит. А если он продолжит, то в следующий раз она позовёт на пир не монахов, не скоморохов, а старшего княжича Ягрэна вместе со своим войском. В отличие от её мужа, этот прислал сокола с поздравлением и маленький жемчужный браслет. Да, подарок княжича не отличался щедростью, но он находился в далёкой Пшелице, почти в изгнании и вообще не должен был вспоминать про Ольшанку.

Княгине льстило его внимание и – что уж таить – она надеялась, что Юркеш недолго продержится на месте князя и уступит его старшему брату вместе со своей женой. Иначе Ягрэну придётся отобрать всё насильно, и Ольшанка охотно ему поможет. Конечно, она не знала, как выглядит старший, может, он был в разы страшнее Юркеша, не мылся седмицами, но учтивость княжича покорила её сердце уже давно.

Ольшанка надеялась, что хотя бы после долгожданного дня сможет хоть немного завоевать сердце князя, но чуда не случилось. Ничего не изменилось, кроме одного – служанка заплетала ей косы не по-девичьи, а укладывала волосы в хитрую причёску так, чтобы пшеничные локоны свисали сзади. Тонких шпилек княгиня по-прежнему боялась – один маленький укол в шею мог убить её. Виноватых Юркеш искать не станет – казнит пару солдат для виду, и только.

Она отдала приказ следить в оба и схватить лесную девку, если та появится.

Последняя и впрямь исчезла – нигде не было видно угольной косицы и смарагдовых глазищ. Брат её остался, но что до него Ольшанке? Схватить его вместо сестры и сразу повесить? Это успеется. Бросать в темницу шельмеца бесполезно – ворожей выберется, так что или убивать мигом, или держать на короткой цепочке и следить. Княгиня пока предпочитала последнее. Личной страсти она к ворожею не питала – сестрицу бы сразу придушила.

- А вдруг он знает, где она прячется? – сверкнула крысиными глазками чернавка.

- Думаешь, ты умнее меня? – прищурилась Ольшанка.

- Что вы, пани! Помилуйте! – та тут же упала в ноги.

Ольшанка повелела ей ступать прочь. Конечно, ворожей знал. Потому она ещё утром приказала следить за ним и не спускать глаз. Слушать, как дышит, видеть, куда ходит и с кем разговаривает – чтобы всё знала! Иначе не получится – пытки не разговорят этот лихой народец, а злить навьих родственничков, пускай и дальних, княгиня боялась.