Нехорошая академия 2

Мы целовались иступлено, понимая, что возможно это последняя ночь, которую мы проведем вместе. Запретность брака, недовольство моего рода избранником и Бристан, ожидающий, что стану его женой. Непреодолимые преграды похлестывали страсть и одновременно становились неважными. Сейчас в нашем волшебном мире остались только мы вдвоем. Он и я.

Мы любили другу друга, словно боялись разорвать наши дыхания хоть на мгновение, будто жизнь зависит от волнующего поцелуя, длившегося неимоверно долго, от крепких объятий и от головокружительной близости с любимым мужчиной.

Искорки осыпали наши обнаженные тела и больше не покидали своих мест. Вскоре мы стали такими же нереальными, как комната, где царило волшебство некроманта. Мы смеялись над своими светящимися лицами, с удовольствием слизывая во время поцелуя искорки. Удивительно, но мне показалось, что у них вкус того самого любовного напитка – пряный и бодрящий. Светящаяся кожа манила, дразнила. Я целовала каждую искорку на теле своего любимого, и он отвечал мне столь же откровенными ласками.

Очертания наших тел, осыпанных магическими искорками, напоминали о том, кто мы есть, все остальное растворилось, стирая границы, отрешая от проблем. Возбуждение становилось настолько сильным, что тела начало мелко трясти в предвкушении, а затем новый поцелуй, срывающий оставшиеся ограничения. Мой муж принадлежал мне, я отдавалась ему вся без остатка, стремясь навстречу, с жадностью ловя его прерывистое, хриплое дыхание.

С каждым разом мы словно возносились в вышину, где нега расплавляла наши разгоряченные и опаленные страстью тела. Сердца стучали в унисон, пережив очередной взрыв, глаза устало прикрывались, дыхание выравнивалось медленно, разгоняя вокруг тучи искорок. Но мы не могли насытиться и вновь тянулись друг к другу, испытывая такой восторг, что сознание практически отключалось, а страсть разгоралась с каждым разом все сильнее.

Нежные и откровенные признания говорили тихо или кричали в экстазе, сжимая друг друга в объятиях, отчего возбуждались еще сильнее. Отис был неумолим и неутомим, он не мог оторваться от меня, давая лишь немного времени, чтобы прийти в себя и вновь начинал меня соблазнять.

Нежный, любимый, родной.

Мое сердце пело рядом с ним и кричало от восторга, когда мы срывались в пучину накрывающего экстаза.