Нехорошая академия 2

С их лепестков медленно начали осыпаться разноцветные искорки.

Я смотрела на завораживающую красоту, задрав голову к потолку и приоткрыв рот от восхищения. Настолько красиво еще никто за мной не ухаживал. Подняла руку и попыталась поймать хоть одну искорку, но от моего движения, слушаясь велению воздуха, светящийся дождь вдруг превратился в вихрь. Пространство вокруг нас насыщалось новой порцией светящейся красоты, обволакивало и превращало скромную комнату во что-то волшебное. Искрящиеся, разноцветные волны переливались по воздуху, закручивались в водовороты и вновь рассыпались задорным магическим дождем на пол, который усеивался этим великолепием и создавал ощущение отрыва от реальности.

Я смотрела на светящегося Отиса, и он мне казался одновременно ближе и дальше.

- Не думала, что некроманты могут творить романтические чудеса. Неужели они умеют красиво ухаживать? - Восхищенно выдохнула я, а от моего дыхания взметнулся целый фейерверк огоньков, устремившихся в сторону метаморфа.

Легкие, невесомые, они готовы были лететь, увлекаемые малейшим колебанием воздуха.

- Ты думаешь, мы только мертвых понимать умеем? – от всей души расхохотался Отис.

Теперь искрящаяся канитель полетела в мою сторону.

- Некроманты всегда суровые, ходят во всем черном, трудно представить, что каждый из них способен творить волшебство, - пояснила ему и повела рукой в воздухе, любуясь на танец разноцветных искорок. Они послушно следовали за моим движением и при соприкосновении оседали на кисть, превращая ее в светящуюся руку волшебника.

- У меня заготовлен любовный напиток, - хитро подмигнул Отис и начал разливать вино по бокалам. - Больше никто не помешает нам быть вдвоем.

Он шагнул ко мне и протянул наполненный бокал. Его глаза сверкали не хуже волшебства, сотворенного им. Искрились волосы, плечи, руки и бокал, что он протягивал мне. Но больше всего света излучала улыбка метаморфа, от нее кружилась голова, и хотелось вновь ощутить на своих губах вкус поцелуя.

Мы выпили хмельного и очень пряного вина, осушив все до донышка, а затем Отис шагнул ко мне, сжав в объятиях, приникнув к губам жадным поцелуем. Бокал за ненадобностью выпал из моих рук, со звонким стуком разогнав на полу присевшие и успокоившиеся искорки. Второй полетел вниз, тихим звуком подтверждая, что мы не нуждаемся ни в каком любовном напитке, наши чувства слишком сильны и вскоре из поцелуя разгорится пожар.