Проклятье для дракона

Так, что я ощущала исходящий от него жар.

Страшно? Это был тот самый парализующий страх, когда ты с ужасом смотришь в глаза своему кошмару и не можешь даже вздохнуть. Когда ты просто замираешь, дрожишь всем телом и ожидаешь того, что произойдёт дальше, уже точно зная, что ничем хорошим всё это не закончится.

–А теперь слушай меня, дор-р-рогая, – прорычал Андор негромко, но очень проникновенно, пробираясь своим голосом мне под кожу, заставляя прислушиваться к каждому его слову, – Ты не можешь сказать мне нет. Я не приму твоего отказа.

Воздух с шумом вырвался из моих лёгких, и больше не было возможности вздохнуть, когда находящийся и без того близко император сократил расстояние между нами до минимума, накрывая мои губы своими.

Вопреки ожиданиям, он целовал меня мягко и нежно, неторопливо, каждым движением успокаивая и расслабляя, заставляя довериться и отдаться. Он целовал умело, точно зная, что делать.

Совершенно не нравились мне его слова, произнесённые до поцелуя, и те, что он прошептал мне в самые губы, отстранившись:

–Да, Яра, да.

У тебя нет выбора.

И ещё один поцелуй, в этот раз более жадный, настырный, забирающий всё моё существо, выпивающий меня до последней капли, затмевающий разум и мысли, забирающий сознание…

Я поняла это слишком поздно, уже проваливаясь в тёплые объятья мира грёз.

***

–Да, Яра, – прошептал император едва слышно, с осторожной нежностью заправляя за её ухо выбившуюся чёрно-алую прядь волос.

Изначальную внешность девушки вернуть не удалось, как Андор ни пытался.

А он пытался, за трое суток присел едва ли ни в первый раз. Почему-то только сейчас он почувствовал усталость. Ни тогда, когда выслушивал отчёты своей стражи, распределённой по семи подвергшимся нападениям королевствам, ни когда принимал потребованных Ярой новых правителей, ни даже когда выслушивал плачь и мольбы её матери.

Только сейчас, сидя в тишине рядом с тревожно спящей девушкой, император почувствовал смертельную усталость. Ему надоело это всё. Надоела вся эта империя, которую изо дня в день приходится вести по жизни, избегая её падения и пытаясь добиться её ещё большего процветания.

Надоело всё вокруг, осточертело до невозможного.

–Останешься, – проговорил мужчина негромко и грустно усмехнулся, – я не смогу отпустить тебя.

Он понял это окончательно в тот самый момент, когда поймал в Илейне, когда девушка потеряла сознание. Он не мог не заметить, что это произошло после того, как она поняла, что рядом с ней он. Поняла, что в безопасности.