Гувернантка для монстра

Спустя полчаса я уже ожидала экипаж, за которым мадам Розетта отправила служанку. Ждать пришлось долго. И мне вспомнилась почти пустая стоянка кэбменов на площади у вокзала.

Когда я вышла на улицу и увидела, как дверь передо мной распахивает уже знакомый наглый мальчишка-кэбмен, убедилась, что мои подозрения подтвердились.

Похоже, других кэбов в Греное нет.

– В поместье Милфордов, – велела я, устраиваясь на сиденье.

– Ночью? – переспросил совершенно невоспитанный кэбмен, который, видимо, никогда не слышал, что желание клиента – закон.

– Сейчас далеко не ночь, – чопорно заявила я, бросая взгляд на темноту вокруг кэба.

Ну да, фактически ещё только вечер, хотя и стемнело. Похоже, Греной расположен южнее столицы, и темнеет здесь раньше.

– Ночью не поеду, – заявил совсем обнаглевший кэбмен и показательно сложил руки на груди, демонстрируя своё нежелание двигаться с места.

Ну и что мне с ним делать? Понимая, что гадкий мальчишка просто набивает себе цену, и не в силах на это повлиять, я поскрипела зубами и выдавила из себя:

– Плачу вдвое.

– Втрое, и деньги – вперёд, – тут же подхватил он. И скрип зубов стал ещё более отчётливым.

И тем не менее я вынуждена была согласиться.

– Поезжай, – вложила монеты в протянутую ладонь.

Казалось, наглец ждал лишь этого, потому что дверь кэба немедленно захлопнулась, мальчишка вскочил на козлы, и лошади рванули с места так, что я с трудом удержала равновесие.

Вечерний Греной был тих и спокоен. Несмотря на то, что было ещё совсем не поздно, на улицах нам не встретилось ни единого человека.

За время пути я расслабилась, наслаждаясь тишиной и покоем, и решила, что всё у меня получится. В поместье Милфордов я найду укрытие и общение с маленькой девочкой, нуждающейся в моей помощи. А дождавшись двадцатилетия, обращусь в королевский совет и потребую освободить меня из-под опеки дяди.

В своих фантазиях я уже купила дом в столице и небольшой загородный особняк, как вдруг лошади остановились.

– Что случилось? – я выглянула из окошка.

Справа от кэба сквозь высокие прутья ограды светила луна, а под ней темнела громада дома без единого огонька. Зачарованная я выбралась наружу и подошла ближе.