Счастливы обладающие

— Речь идет о ком-то важном для тебя?

— Мне нужно чтобы кто-то присмотрел за моей племянницей. Здесь ей не грозит прямая опасность, но она уже стала игрушкой в руках своих могущественных родителей, боюсь, как бы они не задумали чего-нибудь. Мне будет спокойно знать, что ты рядом с ней.

— Ты оказываешь мне честь своим доверием.

— Никто не оправдывал его так как ты, Скамандр.

— Когда ты отправишься?

— Завтра.

— В таком случае, должен распрощаться, чтобы поговорить с Посейдоном. После этого, оставлю доверенных лиц, которые будут сообщать о происходящем на земле, сам спущусь сюда и буду около Персефоны.

Он поспешил удалиться, кивнув на прощание Гипносу стоящему у дверей. Бог сновидений и морока немало взволновался от услышанного разговора. Он мало что понял и теперь надеялся, что царь заснет хотя бы на несколько часов, перед тем как отправиться в путь. Только так Гипносу удастся собрать картину воедино и понять, что замышляет Аид, зачем понадобился давно потерянный артефакт и как это связано с самой жуткой бездной мире.

Гипнос выслушал распоряжения на время его отсутствия.

— Вечером приведи ко мне Персефону. — Подытожил Аид.

«Отлично, — подумал Гипнос, — будет повод поговорить с ней». Он направился к выходу, собранный и спокойный, готовый приступить к делам, но голос царя задержал его.

— Гипнос.

Он обернулся.

— Да господин?

— Артемида кое-что передала тебе. — Он вытащил блестящую цепочку из внутреннего кармана плаща и протянул ему со словами. — От Пасифеи.

Бог сновидений сжал в кулаке цепочку с изящным сиреневым фианитом, он посмотрел на повелителя в изумлении.

— Я знаю о твоей тоске по ней, как и обо всем что происходит в моих владениях.

И хоть на его лице застыло спокойное выражение, Гипнос все же дрогнул внутренне от последних слов, гадая мог ли господин узнать об их с Персефоной плане.

— Благодарю вас, мой царь. Не найдется достаточно слов, чтобы выразить мое уважение.

— Ты уже выразил его преданной службой. Артемида поступила опрометчиво, она попросту забыла передать это тебе лично и видимо решила, что перед ней не царь подземного мира, а сводник.

Глаза Гипноса засияли.

— Осмелюсь заметить, вы впервые говорите о любви.

Они посмотрели друг на друга с пониманием и оба улыбнулись искренне.