По ту сторону Алой Реки 2. Потерявшие судьбу

Мои вкусы полностью совпадают со вкусами его величества короля Эрлота.

— Великого короля, всеблагого в своей мудрости! — воскликнул Ливирро.

— Да благоволит ему Река во веки веков!

— Да продлятся вечность его дни на троне!

— Плащ с рукавами, недлинный, до колена. Брюки.

— Обувь? — поднял взгляд портной, уже снимавший мерку с ног Кастилоса.

— Пожалуй, ботинки с высоким голенищем и толстой подметкой. В странствиях лучшей обуви придумать нельзя.

Граф засмеялся:

— Да, я помню, как ты пришел сюда в этих полуразвалившихся тряпичных сапогах.

— С тех пор я очень серьезно отношусь к обуви, — улыбнулся Кастилос.

Портной вернул ленту на шею, его губы беззвучно зашевелились. Наконец, он кивнул:

— Будет сделано, господин. Можно идти?

Ливирро посмотрел на портного с таким изумлением, что старик завертел головой в растерянности.

— Ты забыл про нашу очаровательную гостью? Нет-нет, у тебя будет много работы.

Портной подбежал к Ирабиль. Она отступила, размахивая руками:

— Право, не сто́ит! У меня все есть.

— Девушка, — поморщился граф. — Если уж вам посчастливилось принадлежать к столь прекрасной части человечества, даже не пытайтесь убедить меня, что вам не хочется получить обновку. Заказывайте смело.

Принцесса бросила беспомощный взгляд на Кастилоса.

— А насколько мы можем обнаглеть? — спросил тот.

— Хотите платье из чистого золота со шлейфом до дворца его величества — все упрется только в сроки.

— Тогда пусть будет платье, — сказал Кастилос.

— Ты запомнил? — Ливирро обратился к портному.

— Полагаю, вам пойдет зеленый цвет, — заметил тот, обращаясь к Ирабиль. — Туфли на каблуке, с золотыми пряжками. Да, господин, я все запомнил. Дайте два дня, придется разыскать материалы.

— Не стесняйся в средствах, — кивнул граф.

— А когда я стеснялся?

Портной удалился, Ливирро широким жестом указал на стол, который И заметила лишь теперь.

— Давайте немного подкрепимся, — предложил граф. — Я не знал, что ты предпочитаешь, дорогой друг, и потому приготовил как человеческую пищу, так и кровь.

Слуги шагнули к столу. Один поднял крышки с подносов, другой выдвинул стулья. На трех подносах лежали пробирки, на двух — огромные куски мяса, пересыпанные рублеными овощами.

— Прошу прощения за скудный выбор, — сказал Ливирро, усаживаясь во главе стола.