Неукротимая Эльза Арлей

Не зря же дед говаривал: «С женщиной не спорь! Она — Пустошь! И всегда права». А зачем ему, внуку умного человека, проблемы?

Но именно эти проблемы он создал сам.

Рассуждая про себя о том, леди Эльза могла бы поспать ещё несколько часов, а с него, Ретока, от лишнего дежурства не убудет, он толкнул дверь, шагнул в комнату и остолбенел. Можно сказать, что Ретока хватил паралич: он не мог ни повернуть голову, ни отвести глаз от белого колена, предательски обнажённого одеялом.

Сколько длилось это оцепенение Реток позже даже предположить не мог.

Нас с ума коленки сводят,

Даже если самый край.

Если очень уж заводят —

Так женись и созерцай!

На посиделках молодёжи эти частушки звучали часто. Первые две строчки запевали парни, а остальное подхватывали девушки. При этом ребята свою часть проговаривали с очень серьёзными лицами, а девицы — с хохотом.

Если верить слухам, эти частушки впервые пропел какой-то менестрель на свадьбе герцога Арлея и принцессы Пустоши.

По счастью сознание Ретока вдруг зацепилось за последнюю строчку. «Женись… Дочь герцога и караванщик… Вот уж!..»

С неимоверным усилием он сделал шаг назад… Ещё один… Дверь скрипнула, и в унисон с этим звуком сердце Ретока заколотилось, а по телу буквально заструился пот. Зато он обрёл возможность двигаться.

Ворвавшись в комнату управления, он рухнул в кресло, нахлобучил шлем и тут же закрыл глаза — красивое белое колено так и стояло перед глазами, но видеть его на фоне Пустоши оказалось выше сил Ретока.

К сожалению, песни в его голове не утихли. Правда, прорывались лишь отдельные слова и строчки совершенно не несущие покоя: «Не пара… Караванщик втюрился по уши в баронессу… Глупая любовь… В назиданье голову насадил на пику…»

Но постепенно голое колено перед глазами поблекло, превратилось в белесое пятно, а затем в мутное облачко. Одновременно отступили и утихли куски поучительных песенок. Реток открыл глаза и глубоко вдохнул… А ведь правы опытные караванщики! «Если у тебя плохое настроение — смотри в Пустошь! Там всё гораздо хуже!»

Но хуже стало потом.

Ретока аж затрясло, когда он представил, что она, войдя в комнату управления, спросит: «Ты зачем, Рет, смотрел на моё колено?» Да даже если она грозно поинтересуется, почему он её не разбудил…

Но Эльза вошла с обычным:

— Спокойна ли Пустошь?

Села в кресло и надела шлем. А вот у Ретока с ответом вышла заминка.