Страж для невезучей леди

— Что у тебя попросили за мою шкуру? — как же быстро он перескочил, даже не успела сохранить видимое безразличие.

— Ничего особенного, — я сжалась, втянув голову в плечи, машинально потерла шею.

Ответ моего стража не устроил, но приставать с расспросами не стал.

— Я тяжелый человек.

— Заметно, — хмыкнула, присаживаясь напротив. — Я тоже непростая. Моя работа подразумевает частые поездки. Иногда поисковиков закидывают на другой конец страны. Тебе придется путешествовать со мной. Учти, про твою магию никто не должен узнать, иначе нам обоим придется несладко.

Пришлось объяснить про алчных церковников, которым только дай возможность прибрать к рукам какого-нибудь бесправного колдуна. Такого, которого можно высасывать бесконечно долго во имя богов. Официально это не разрешалось, но неофициально…

Однажды отец притащил домой едва живую девушку. Скелет, обтянутый кожей пергаментного цвета. Когда я с испугом спросила, что с ней, папа коротко ответил:

— Побывала в церковном плену. Они из неё силу тянули, чтобы свои обряды бесчеловечные проводить.

Та девушка провела в гостевой спальне почти неделю, а после исчезла. Выжила или погибла, не знаю. Папа ничего больше про неё не рассказывал.

К тому же каждый колдун должен иметь диплом об окончании учебного заведения, иначе его энергию глушит гильдия надзора за делами магическими.

По слухам, лишиться магии как потерять руку. Бесконечно больно.

Я обязательно расспрошу Марка позже и про его возможности, и про шрамы (если мы, конечно, поладим), пока же ему важно понимать: никому нельзя открываться.

Даже мне.

— Зачем? — коротко спросил он, дослушав.

— Что зачем?

— Зачем ты меня купила? — устало. — У тебя вообще имеется инстинкт самосохранения?

«Затем», — подмывало ответить со злостью. Вместо этого я равнодушно дернула плечами.

— Потому что не могла иначе.

***

О моем приобретении стало известно к обеду следующего дня. В крошечном городке новости расползаются быстро, а уж когда скромный поисковик приобретает личного раба — да тут разве что мертвый не обсосет косточки.

Разумеется, меня срочно вызвали в гильдию. Марка с собой брать не стала. Какой смысл? Не хвастаться же иду.

Я пока не понимала, как вести себя с новоприобретенным рабом — рабом фиктивным, если уж точнее, — а потому предпочла оставить право самому распоряжаться своей жизнью.

Что он с душем или печкой не разберется?

Попросила только на улицу не ходить, мало ли что.