Всегда четверг

Они не приветствовали, они наблюдали, и наблюдали лениво, без интереса, свысока.

Принцесса упала на спину. Чёрное душное небо не посверкивало ни единой звездочкой, как будто это была какая-то обратная, непарадная сторона, изнанка, тупое дно... Она закрыла глаза и опять всхлипнула, но тут же затихла: послышалось беспорядочное хлопанье крыльев, тишина, снова крылья, вскрик – и что-то тяжёлое, безвольное свалилось прямо к её ногам (она едва их поджать успела!).

– Каусё... – нахмурилась принцесса и приподнялась, опираясь на локти.

Каусё лежал лицом к принцессе, и ей стало досадно: вряд ли он что-нибудь сможет, жив ли он вообще? Глаза закрыты, изо рта течёт кровь...

Лорена легонько толкнула его каблуком, и он зашевелился и шумно выдохнул. Изо рта показалась ещё одна кровавая змейка.

– Партнёр Каусё, ты ДОЛЖЕН. Ты меня слышишь?

– Да... Я не мочь, не мочь...

– Тебя казнят.

– Не мочь... – повторил партнёр, но открыл глаза и приподнял голову.

– Прекрасно, – кивнула принцесса. – Тогда так, – она снова легла на спину и развела колени.

Она опасалась, что всё будет еле-еле, непривычно медленно, да так оно, в общем-то, и было, но это медленное вдруг захватило сильнее страстного: его дыхание, его губы были такими горячими, такими кровавыми. И это горячее и медленное попадало, капало на каждый нерв, оно расползалось и ширилось по всему телу, и тело тоже растекалось, выходило за собственные грани, росло куда-то в беспредельность...

Лорена содрогнулась – и почувствовала, как дрогнуло всё вокруг, гамаком качнулась реальность, ещё и ещё.

Принцесса открыла глаза – и тут же зажмурилась. Из каждой точки пространства бил такой свет, что надо было привыкать, можно было смотреть только через ресницы.

Деревья с открытыми взглядами и душами тянулись к ней как дети, как друзья.

Трава, которую она не видела и не могла видеть, была, тем не менее, видна – видна ощущением, каким-то внутренним взором, спиной, руками и даже платьем.

Звёзды не появились – но оставаясь за чернотой, они были здесь, чернота больше не прятала, не укрывала, они смотрели сквозь неё, смотрели так, как будто сами были глазами.

Принцесса распахнула глаза. О Всеобъемлющий! Нет – всё сияло совсем не для неё, тянулось вовсе не к ней. Не к ней – а куда-то мимо!

Она резко подняла голову – и увидела голову Каусё.