Цвет крыльев. Белый

Он развлекался с Эйприл, не особо думая о ее чувствах и просто жил моментом. Он перестал думать о будущем, потому что знал – у него нет такой роскоши, как будущее.

Больше нет. После метки Крису светил только один путь – в бездну.

Однако в последнее время некоторые вещи изменились, и это радовало падшего, хотя он никак не мог понять причину таких перемен.

Когда Крис отказался помочь Дэймону и Анжеле с поиском этих глупых артефактов, он вдруг почувствовал себя по-настоящему свободным. Конечно, дело было не только в нем, но и в Эйприл, однако если раньше поцелуи и близость с ней забирали тьму, то теперь… теперь они забирали тьму ДО КОНЦА.

Каждый раз, сделав последний толчок, Крис утыкался мокрым лбом в шею, ощущая себя пустым от мрака падшего. И если прежде в нем оставались гнев, ярость и злоба, то теперь в нем не оставалось НИЧЕГО. Словно его крылья вдруг вернули все перья, и он снова стал радостным и звонким бестелесным ангелом, несущим свет.

Крылья… Если б только не они, то в эти мгновенья Крис бы смог почувствовать себя простым смертным, имеющим право выбора.

Сперва белые, а затем алые от крови, перья выпадали, редея с каждым днем. Этот процесс уже было не остановить, и Крису лишь оставалось надеяться, что однажды боль ослабнет, как сейчас ослабла его тьма.

Впрочем, в глубине несуществующей души, он знал, что дальше будет только хуже. Еще несколько недель – и перья облезут полностью. Пара дней – и раны заживут, а вместо пушистых крыльев птицы у него будут перепончатые крылья демона, что кровят каждый раз, когда выпускаешь их.

Но Крис уже прошел точку невозврата, и больше не сожалел о потерянном свете. Теперь его волновала только боль, да и к ней он уже начинал привыкать.

Если бы только можно было застыть в этом моменте навечно. Остаться на грани, когда тьма уже затопила душу, но еще не поглотила ее полностью. Когда чувства к Анжеле поблекли, словно вымаранные мраком, и уже не тревожили.

– О чем думаешь? – спросила Эйприл.

Они лежали вместе, и Крис накручивал на палец ее прядку, глядя в потолок.

– О том, что мне хорошо с тобой, – улыбнулся Таннер почти искренне и положил руку девушке на грудь, там, где горела метка Каина, видимая только ангелам.