Четвертый принц

Ты молода, недурна собой… если отмыть и переодеть. Будет неплохо. В остальном — мало ли какие у принца вкусы, некоторым мужчинам нравятся именно такие… хм, крепкие женщины. Ты будешь рядом с ним днем и ночью. Спать в его спальне, первой пробовать еду из его тарелки, сопровождать везде. Отвечать за него головой. Справишься?

* * *

Тогда впервые на Хену попытались напялить платье. Дикое зрелище. Хотя они очень старались подобрать то, что будет смотреться хоть относительно разумно. Его шили какой-то даме для охоты и верховой езды, без лишних нелепых оборочек, все строго по делу.

Вот только в плечах платье оказалось узко, и руки у Хены не такие тоненькие, едва пролезали. И узко в талии, корсетов Хена не носила никогда. А вот в груди, на удивление, широковато. И чуть короче, чем это обычно принято носить. Но портные обещали исправить…

И все равно, даже подогнанное по размеру, платье сидело на Хене как маскарадный костюм. Словно она пытается притворяться кем-то, кем не является… Женщиной? Да она больше на корову похожа.

Ее отмыли до блеска, расчесали и уложили волосы, не на дворцовый манер, а заплели две косы, как у воительниц севера. Они старались.

Хена долго смотрела на себя в зеркало, пытаясь осознать… Какая из нее любовница принца? Да никто не поверит! Возможно, она бы даже могла сойти за леди… провинциальную, диковатую, старшую дочь мелкого лорда, которой приходится самой вести дела за неимением братьев… но если бы только могла стоять и не двигаться, и уж тем более не открывать рот.

Она не леди, она — переодетый солдат.

А вечером ее повели к королю.

Золото, мрамор и шелковые ковры… Хене было страшно ступить на эту красоту, страшно поднять глаза, она еще ни разу не была в подобном месте. Нищая девчонка, выросшая на улице, — могла ли мечтать?

Король Аугусто сидел на диванчике у окна, лениво похрустывая медовыми орешками.

— Пресвятая Матерь! — воскликнул он. — И это лучшее, что вы нашли?

Его полные губы брезгливо кривились.

— Да, — спокойно сказал лорд Гальярдо. — Это лучшее. Из всех женщин, которые занимаются подобным ремеслом, лучше только Мерче Хименес, но она немолода и годится, пожалуй, Наро в матери, — он тихо фыркнул, насмешливо. — И одноглазая к тому же. Это было бы слишком. Есть еще красотка Лаурита, молоденькая, зеленоглазая, рыжая и горячая, как огонь. В такую кто угодно влюбился бы. Умна. И оружием владеет хорошо.