Определяя твою суть

– Произнес Хозяин равов, скрывая свою силу. – Хочу знать за что плачу.

-Кюри? – Вопросительно взглянул вышибала на свою хозяйку.

-Не надо, Джейк. – Успокаиваясь, заговорила женщина. – Мальчик хочет выпить и расслабиться в такой жаркий день. – Выглянув из-за широкой спины, она произнесла. – Сейчас, мой дорогой.

Страж не беспокоился за выпивку. Ему нужно было лишь приоткрыть двери в подвал и тогда одна из теней пройдет внутрь. Но как только заскрипел засов, некромант почувствовал, как рав соскальзывает и растворяется в пространстве.

-Вот! – Перед его носом появилась крышка с бочки. Огромная оса целилась своим жалом в его голову. – Пить будешь? – Самодовольно поблескивали змеиные глаза сквозь прорези маски.

Вернувшись в алхимическую лабораторию Ерида, он застал профессора за экспериментом. Учитель с маньякальным блеском в глазах, крутил что-то в колбочке, шептал и одновременно записывал свои наблюдения. На полу сидела девчонка, закутанная в простынь и с ненавистью смотрела на исследователя.

-Я есть хочу! – Крикнула лемида, наверняка не в первый раз. Ерид не заметил ее писка и продолжил свои записи. – Даже крыс в лабораториях кормят! – Пыталась докричаться девчонка и теснее прижимала простынь. – Раздели! Воспользовались! А кормить не хотите?! – Ее раздражало невнимание мужчины, и в конце она уже кричала: - ВОЗЬМИТЕ НА СЕБЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ!

Заметив меня, она стихла.

Отворачиваюсь от нее и ухожу в тень, чтобы не слышать ее криков. Но… кажется, я тоже голоден. Нужно что-то съесть.

Вынырнув, я замер. Девчонка одевалась в лаборатории. Штаны Ерида соскальзывали с ее костей. Она мучилась, пытаясь завязать их на бедрах. Не знаю почему, но я не мог не смотреть на ее голую спину. По светлой коже скользили темные руны. Мои руны для защиты ее невосприимчивого тела.

-Из лаборатории есть выход в одну из башен. Там у Ерида раньше была кухня.- Ее хвост нервно дернулся, а она вся сжалась, когда я сообщил ей все это.

В последний раз посмотрел на нее и пошел искать обед для себя.

Я не привыкла, чтобы мои проблемы решал кто-то посторонний. Меня настораживала забота профессора и его вечное наблюдение.