Предназначенная для двоих

Движением фокусника Стивник вытащил длинный кусок грубой веревки из полы расшитой накидки и приказал:

- Вытяни руки!

- Не надо! Я не сбегу! – тихо, но настойчиво просила я.

- Не повторяю дважды! – рыкнул прекрасный принц.

Он развернул меня лицом к дереву, быстро завел назад руки и связал запястья, опустился к лодыжкам, их постигла та же участь. Легонько приподнял, как котенка, и понёс в сторону повозки. Зорко наблюдавший за всем этим Зигмунд, поплелся следом.

Как-то странно он меня связал.

Я ожидала новую порцию боли от перетянутых канатом запястий, но таковой не последовало – веревка не причиняла никакого дискомфорта, более того, она едва держалась, создавая лишь видимость хорошего узла.

Догадавшись, что связывание было всего лишь фикцией, я непонимающе уставилась на нёсшего меня принца. Что за чёрт? Черные антрациты резанули по глазам, спустились на губы, задержались там, а затем вновь уставились на меня. Эти очи никак не могли принадлежать двадцатилетнему юноше, вероломно умертвляющему невинных девушек направо и налево.

В них была вековая мудрость, а посему, вечная тоска и проклятие долгой жизни.

Чернота его глаз окутала всё вокруг, и лишь отблески тусклого света хмурого дня мерцали, точно звезды. Стало тепло и умиротворенно. Не осталось прошлого, с его проблемами, страхами, болью. Был один только этот миг: бликующая темнота и принц, напротив меня. Он, словно хотел что-то сказать, но так и не решался, лишь смотрел с неимоверной, физически ощущаемой тоской.

Что творилось со мной в тот момент! Меня влекло к нему, а мысленный портрет Макса, вдруг размылся, расфокусировался на фоне этих мудрых острых глаз. Одновременно мы подались на встречу друг другу, заключая в объятия, ощущая сердцебиения, тепло, запахи. Затем Стивник слегка отстранился и вновь заглянул мне в глаза:

- «Не уходи, прошу!» - прочитала я его мысль, и прежде чем успела ответить, пришла новая: - Беги от меня! Я не тот, кем кажусь! Погибнешь, если останешься!

Волшебство закончилось так же внезапно, как и началось: чары рассеялись, едва Стивник отвел глаза.

Я вновь очнулась в холодном сером дне, прислоненная им к повозке.

- Несите покрывало! – рыкнул он материализовавшемуся рядом стражнику.

Охранник поспешил к остальным лошадям, схватил грубое шерстяное одеяло и с почтением отдал в руки наследному принцу. Стивник ловко закутал меня в шерсть, точно в кокон, и помог залезть за решетку.