Предназначенная для двоих

- Да какой он к Лордону Лордон? – прогнусавил второй.

Я с трудом перевела взгляд с ожившей картинки на не менее симпатичного мужчину, но чуть пониже ростом. Гнусавый обладал сине-васильковыми, густо отороченными ресницами очами. Брови его вразлет поднимались на широком лбу. Короткие волосы были так же темны, а камзол, хоть и был красно-коричневого цвета, но выглядел не таким нарядным, как у первого.

- Я – Стивник, – бархатным баритоном произнес черноглазый, с превеликим интересом оглядывая меня с головы до ног, и, задержав на мгновение взгляд на пальце с колечком, он продолжил: – Этот кровожадный алье – Зигмунд.

Я набрала полные легкие воздуха, собираясь ответить всё как на духу, но гнусавый нагло перебил меня:

- Какая разница кто она? Пошли быстрее! Рассвет уже занимается, Грэйз уснёт, и потом его не добудишься – жди следующей ночи. А я домой хочу!

- Зигмунд, мы не будем кормить Грэйза девицами! – очень спокойно возразил Стивник.

Они встали напротив, держа ладони на рукоятях мечей, и сверлили друг друга глазами.

- Петухи! – хмыкнула старуха. – Зигмунд, он всё-таки наследный принц, а ты так… не пришей кобыле хвост. Так что остынь!

Гнусавый тут же сник и сделался еще ниже ростом.

- Ну, Стивник! Ты дал мне слово! – выдал он последний аргумент.

Я лежала ни жива ни мертва. Угораздило же меня так попасть – из лап извращенца, в руки странных, не менее опасных принцев. Ну, смазливые, да, ничего не скажешь, только толку-то от этого, если они потащат меня скармливать какому-то чудовищу?

«Только бы этот Стивник уговорил своего подельника», - билось в голове.

- Хорошо, Лордон с тобой, всё равно не отстанешь! – вопреки моим желаниям произнес бархатноголосый принц.

Зигмунд развернулся, кровожадно ухмыляясь и потирая руки. Ну чисто Ганнибал Лектор доморощенный… Показывали один раз по телевизору - до сих пор страшно вспоминать.

- Подъём, альета! Грэйз не любит жда-а-ать.

Гнусавый дернул меня за руку, рывком поднимая с ложа.

- Да она на ногах не стоит! – воскликнул Стивник.

Он поднял меня с пола и, придерживая, слегка закрыл от Зигмунда. Боль поутихла – мазь хорошо действовала. Ох, не помешал бы мне флакончик этого зелья впрок… получше всякого «Пантенола» заживляет.