Сокровенно

Рассматривал моё лицо с довольной усмешкой, будто любуясь нанесённой мне раной. — При тебе! Но не собирался пускать к больной.

— Пожалуйста, — одними губами шепнула я и оглянулась на вожделенную дверь. — Она единственное, что у меня осталось… Ради чего я живу.

— Знаю, — дёрнул он уголком рта и выпрямился. — Только поэтому и пытаюсь вылечить её, Эл. — Подошёл совершенно к другой двери и, приложив к замку перстень, дождался щелчка. — Другую… «больную» давно бы развоплотил!

Голос его становился глуше, и я с трудом поднялась на ноги.

Колени подгибались, но я упрямо сжала челюсти. Наставник знает, куда бить, чтобы доставить как можно больше неприятных минут. Это предупреждение, что за дальнейшее своеволие придётся заплатить.

Мне не хотелось снова пережить наказание, даже вспоминать ту ночь было страшно, но я не видела Линду уже полгода! И хочу хотя бы убедиться, что она жива.

Я подошла к входу в полутёмное помещение, сплошь уставленное столами с жужжащими приборами, рядами колб на длинных столах.

Привалилась плечом к косяку, слушая наставника:

— Но ты не ценишь ни моей доброты, ни вложенных усилий, ни моего терпения…

Перебирая мои трофеи, Мур осторожно вставлял их в желобки аппарата величиной с платяной шкаф. Каждая пробирка тёмного стекла, стоило ей коснуться обоими концами контактов, начинала излучать лёгкое свечение. Синеватые оттенки указывали на слабые вибрации. За них я получу немного, да и для сестры они бесполезны. Разве что поддержат её жизненные показатели ещё какое-то время.

Неделю? Месяц?

— Или не знаешь, что после вашей встречи состояние больной резко ухудшается? — покосился на меня Мур. — Меня, знаешь ли, раздражает вой. Не люблю слушать его ночи напролёт. Да и соседи возмущаются.

«Какие соседи?! — захотелось возразить. — Наивные рекруты, которых вы штудируете в подвалах своего дома? Или такие же „больные“, как Линда, что служат для незаконных опытов?»

Но, разумеется, промолчала. Как бы то ни было, этот человек — единственный, кто может помочь моей сестре.

Он доказал это… И пусть тот день возвращается ко мне кошмарами, я искренне благодарна Муру. И ни разу не пожалела, что выбрала его наставником. А плата…

Глаза защипало, а к горлу подкатил ком. Может, если я буду терпеть, Мур позволит хотя бы заглянуть в «палату». Или через дверь послушать, как сестра дышит. Наставник разрешил мне спуститься, но озвученный им повод смешон. Скорее всего, он ждёт, что я предложу сделку.