Пелагея и принц осени

Она икнула и стала жаловаться, что ей плохо и одиноко вдали от дома, несмотря на то, что с нею Ли Тэ Ри и её подруга Юлиана. Она сказала, что хочет в лес, и Кю заинтересовался.

– Что за лес такой? – спрашивал он.

– Любимый, – еле ворочала языком Пелагея. – Густой. Пахучий. Ягодный. И дом у меня там во-о-от такой!

Она разводила руки в стороны, ненароком задевая захмелевших соседей, и Кю с улыбкой возвращал эти прекрасные руки на место.

– А покажешь мне свой дом? Отведёшь в лес? – спрашивал он.

– Надо подумать, – отвечала Пелагея, и её глаза немилосердно слипались. – Дом и лес только для избранных. Ты избранный?

Кю не знал, что ответить.

Когда съёмочная группа упаковала аппаратуру и удалилась на покой, он отнёс задремавшую Пелагею обратно в отель – только не в её, а в свой гестхаус, потому что понятия не имел, куда она подевала ключ. Уложив её в постель, он попытался стянуть с неё туфли, но она, хоть и была основательно пьяна, умудрилась его отпихнуть.

– Ладно, спи так, – прошептал Кю. – Спи.

Но, полежав совсем чуть-чуть, этот живой труп восстал и на нетрезвую голову решил, что с него хватит. Не заботясь о предосторожностях, Пелагея сделала шаг, поворот, шаг, поворот – и обернулась летучей мышью, причём вместе с платьем, ибо платье на ней было родное, вручную сшитое.

Кю тем временем возился на встроенной кухоньке, и потому видел превращение лишь краем глаза. Но ему хватило с лихвой.

– Это что такое было? – поморгал он.

Он подошёл к кровати, куда собственноручно поместил свою сердечную занозу пятью минутами ранее. Вмятина от Пелагеи осталась приличная, а вот сама она словно испарилась. В туалет пошла? Но нет, в туалете её не было. Тогда, может, к бассейну, освежиться? Но и в аквапарке, где теплились фонари и пели сверчки, не оказалось ни души.

Господин Сарам позаботился о том, чтобы снять на сутки целый отель, и расставил повсюду свою охрану.

Но всё-таки, куда же она запропастилась? Неужели та летучая мышь Кю не примерещилась?

Так ведь и в психушку загреметь недолго.

Глава 25. Врущие и не краснеющие

В отсутствие Пелагеи Юлиана заскучала от безделья и взяла напрокат самолёт.