Память Древних

Увидев огненно-рыжее царство, Хольфстенн вздрогнул, шумно прочистил горло, потянул горловину доспеха, словно ему резко стало не хватать воздуха.

- Для рожденного в горниле ты слишком… – не уверенно начал Борво, но Стенн его заткнул, оборвав, наверное, первую попытку здоровяка пошутить на общей памяти отряда.

Передняя зала, судя по всему, вела в основную часть города, и была отделана так, что путники, перестав препираться, замерли на несколько секунд, с открытыми ртами рассматривая широкий вытянутый холл. По обе стороны мощеного прохода, напоминавшего торговую площадь, росла целая колоннада изваяний.

Каждое из них упиралось руками и головами в высоченный свод и, что впечатляло особенно, имело свое собственное лицо.

- Неужели это и есть те предки, молитвы которым написаны на воротах? – выдохнула Эдорта.

Дагор – о нем путники пока ничего не могли сказать, поскольку гном практически целиком скрывался под доспехом – поглядел на воительницу с интересом.

- Откуда знаешь про молитвы? Ты перевел? – тут же уставился на Хольфстенна.

- Просто уточнил, что за символы. Женщины – это, знаешь ли, жутко пытливые создания. До всего дознаются! Ну, там, где был, что пил, с кем спал – и тому подобные глупости.

Дагор шутку как будто не оценил, свои попутчики усмехнулись беззвучно и уже по привычке. Хольфстенн приуныл.

- Так что ты должен был рассказать нам? – спросила Данан. – По дороге к королю.

Дагор затараторил, коротко и зорко глядя по сторонам, толком не поворачивая головы и мгновенно оценивая обстановку, как делают только опытные бойцы, которым доводилось бывать в тылу врага.

Сейчас врагов не было, но он вел компанию пришельцев сквозь гномов Руамарда с одинаковым проворством и в тех местах, где народу было немного, и в тех промежутках пути, когда было не протолкнуться.

- Несколько недель назад, – заговорил Дагор на всеобщем чуть менее уверено, чем его начальник, но все еще очень разборчиво и связно, – у нас начались проблемы в амниритовом провале. Рухнули опорные балки на перекрытии в одном из отсеков, за ними обвалилась часть свода.

Шахтеры на удачу почти не пострадали, их отрезало. Ближний патруль отправил бригаду, чтобы завал разобрали, и сначала, как они говорили, вроде как были слышны голоса шахтеров. Когда прорвались внутрь отсека, никого не нашлось.

Диармайд, оглянувшись вокруг себя, внезапно осознал, что Дагор ведет их как неделимый, неразбиваемый косяк рыб, постоянно прицениваясь к обстановке и ловко лавируя небольшим отрядом.