Кадеты Нефритовой Академии

Апартаменты, предоставленные Исгерд на эти несколько часов, занимали почти целый этаж в небольшом флигеле, похожем на башенку, сделанную из цукатов. Они имели небесно-голубой цвет, а башенка сверкала в закатных лучах солнца как та самая звёздная пыль.

Исгерд приняла душ — хотя к её услугам и была просторная мраморная ванна, углублённая в пол, подолгу нежиться в горячей воде без дела она не любила.

Обмотав тело полотенцем, девушка вышла на балкон и постояла там некоторое время, вдыхая запах свежей хвои и недавнего дождя, а затем увидела Ролана на посыпанной гравием дорожке.

Исгерд восприняла это как сигнал и мгновенно нырнула обратно за полог из тюля.

Она всегда собиралась сама, потому сразу же выставила явившуюся помогать горничную, натянула привезённые с собой кюлоты и, надев свежую сорочку, принялась разглаживать мельчайшие складочки на манжетах. Неудобной одежды Исгерд не любила, и никто, кроме Хельги, не убедил бы её надеть предписанное этикетом бальное платье. Затем девушка накинула сверху камзол, взбила пальцами волосы, ещё раз проверила, достаточно ли живописно лежит ткань у горла и на запястьях и, закрепив на лице маску, украшенную жемчугом, стала спускаться.

Ролан ждал её. Он стоял у выхода в камзоле из тёмно-синего бархата, удивительно подчёркивавшего его глаза. Почти сразу же он подхватил Исгерд под руку и медленно повёл по аллее. Пальцы его так крепко держали локоть Исгерд, что та оглянулась было, чтобы попросить Ролана ослабить хватку, но замолкла на полуслове, поймав в глазах его незнакомое, одновременно жаждущее и затравленное выражение.

— Что-то не так? — спросила Исгерд вместо того, что хотела.

— Всё хорошо, — сказал Ролан быстро, — а тебя что-то беспокоит?

— Нет, — Исгерд качнула головой и снова посмотрела вперёд. Подумав, положила поверх руки Ролана, лежащей на её локте, собственную ладонь.

Хватка медленно слабела, точно Ролана отпускала судорога.

Так они миновали аллею, ведущую к дому, и вошли в трёхстворчатые двери.

Дворецкий в лазурной мантии — такой же старомодной, как и одеяние герцога — стукнул посохом о пол и объявил:

— Ролан фон Крауз и его… – он замешкался, но, так и не получив подсказки, закончил: — И его спутница.

Посох ударил ещё раз. На несколько мгновений все взгляды обратились к ним. У Исгерд под маской запылали щёки, но переигрывать она не привыкла. Сделала глубокий вдох и шагнула вперёд.

— С открытым лицом ты привлекла бы меньше внимания, — не преминул прокомментировать Ролан.