Кадеты Нефритовой Академии

Как будто она виновата в том, что этот парень, который пострадал столкновения – идиот!

— Леди Ларссон! — раздался голос из спикера, и симпатичная секретарша с улыбкой кивнула в сторону двери.

Исгерд заправила за ухо выбившуюся прядь волос, одёрнула китель и вошла.

Из кабинета ректора открывался вид на морскую гавань. Исгерд привыкла ежедневно наблюдать красоты дворцового консульского парка, и всё же в первые мгновения ей оказалось трудно сфокусировать взгляд на сухоньком человечке, сидевшем перед этим громадным окном.

— Сэр Одвиг Сааринен, — Исгерд слегка поклонилась, демонстрируя почтение к генералу, который никогда не видел войн.

— Да, это я, леди Ларссон. Хотел бы я сказать, что рад вас приветствовать… — ректор приподнялся и слегка кивнул. — Но обстоятельствам вашего прибытия радоваться очень уж тяжело.

Исгерд вздохнула.

— Вы же понимаете, что я не могла рассчитать, что в точке моего выхода двое кадетов устроят какую-то идиотскую игру.

— Леди… Ларссон… — Одвиг Сааринен прокашлялся в кулак.

— Но….

— Но и вы меня поймите. Один из кадетов, «устроивших идиотскую игру» — наследник Дома Рейнхардтов.

— Да! И это поразило меня больше всего!

— И это ещё полбеды. Он, по крайней мере, не пострадал. Настоящая проблема заключается в том, что второй кадет – как вы говорите, второй идиот, который сломал вам крыло — старший внук герцога фон Крауз. Понимаете?

Исгерд молчала.

— Это попытка убийства, моя дорогая, любимая, глубокоуважаемая леди Ларссон.

— Это он пытался меня убить! – возмутилась Исгерд.

— Мда… Мне бы не хотелось, чтобы вы так думали.

— Тем более на территории вверенной вам Академии.

— Особенно на территории Академии… за которую я отвечаю. Я вообще предпочёл бы, чтобы никто никого не убивал.

— Перестаньте, с тем же успехом можно сказать, что Рейнхардт и Крауз пытались убить друг друга! При чём тут я?!

— Вы же всё понимаете, — Одвиг вздохнул.

Исгерд моргнула.

— Мне, — повторила она.

— Да. Ведь это ваш корабль так удачно…

Исгерд запрокинула голову и застонала.

– Как же я вас всех ненавижу, — процедила она едва слышно.

— Простите, что?

— Я говорю, — произнесла Исгерд громко и отчётливо, поворачиваясь к Одвигу, — благодарю за гостеприимство. Инцидент будет исчерпан.

— Благодарю. Любезнейше благодарю.