Кадеты Нефритовой Академии

Привет, — Ролан улыбнулся в ответ.

— Как у тебя дела?

Ролан уклончиво ответил, что всё хорошо. Ему не хотелось вдаваться в детали относительно того, какой раздрай творился у него в душе.

— К осеннему турниру готов? — спросил дед — скорее для порядка, чем желая проверить, готов ли Ролан.

На протяжении нескольких поколений кубок получали Рейнхардты — это был негласный закон. Ролан и хотел бы нарушить его, ведь знал, что достаточно хорошо владеет клинком. Но дед неоднократно повторял ему, что это политический вопрос, и здесь не до подростковых игр.

В свои девятнадцать Ролан себя подростком давно не считал. Негласное правило заставляло его лишь с большей яростью смотреть на Волфганга и то и дело спрашивать: почему есть люди, которым природой даровано всё? Разумеется, никто не спешил ему отвечать.

— Конечно, — как мог спокойно ответил Ролан, стиснув кулак под столом.

— Хорошо. Тогда, полагаю, ты можешь на пару дней покинуть Академию? Хотелось бы видеть тебя на осеннем балу.

Ролан вскинулся. Даже на окраинах ходили слухи о балах, которые давали в фамильном поместье Аркан.

— Я могу взять друга? — поражённый внезапным наитием, спросил Ролан.

— Почему нет, — герцог пожал плечами, — я доверяю твоему выбору.

— Благодарю! — на радостях Ролан даже отвесил монитору небольшой поклон, что могло бы обеспокоить герцога фон Крауза — но у того хватало других забот, и он не ничего заметил.

— Тогда я жду, — только и сказал дед и нажал отбой.

Подобрать такой момент, когда Исгерд останется в одиночестве, оказалось нелегко.

Ролану пришлось выслеживать её несколько часов, молча поскрипывая зубами от вида парочки, которая передвигалась между корпусами исключительно вдвоём.

Волфганг и Исгерд вместе ходили на занятия. Вместе спускались на обед. Затем отправлялись в библиотеку на двухчасовой перерыв.

И только потом разделялись ненадолго — Исгерд нужно было готовиться к зачёту по лётному мастерству, а Волфганг пару часов тренировался в фехтовальном зале в преддверии турнира.

Ролан достаточно хорошо знал это расписание. Сам он свободное время проводил в разных местах. То засиживался в библиотеке, сравнивая местные книги по истории с теми, которые находились в их семейной библиотеке – различий обнаруживалось немало, то занимался с клинком. И в такие дни видел Волфганга, в одиночестве отрабатывавшего стойки.