Гори, гори ясно...

Вик махнул рукой: «Неважно». И надвинулся на Лиззи, поймал ее за руку, с трудом поднял – раненая рука плохо слушалась, и перекинул через плечо. Лиззи даже не сопротивлялась — просто не могла. Хлюпала носом и, кажется, собралась реветь.

— Дура ты, — кратко сообщил ей Вик, на большее у него просто не хватало сил, и объяснять он тоже ничего не собирался: слишком много чести.

Со своей ношей на руках Вик медленно пошел к озеру, шагнул в воду. Ему, разгоряченному после боя, она показалась ледяной. Вик даже передернулся: нет, вода все же не его стихия.

Но Лиззи нужно восполнить силы, вон она, совсем как дохлая лягушка болтается. Вик потрогал ее тонкие руки — холодные, точно жизнь едва теплится.

Он зашел еще дальше, осторожно снял Лиззи с плеча и вместе с ней по шею погрузился в озеро.

— Так лучше? — спросил он, стараясь не трястись от холода.

Лиззи сначала молчала, потом вздохнула, будто очнулась. Вик увидел, что щеки ее порозовели.

— Лучше. Спасибо, Вик…

— И ты… это… прости меня. Не знаю, что на меня нашло.

Не бойся, я не обижу тебя больше.

— И ты прости.

— За что?

— За магию, — начала Лиззи, но осеклась, увидев, как расширились глаза Вика.

— Что? — выдавил он осипшим голосом. — Значит, это ты натворила?

Лиззи заерзала у него на руках, пытаясь сползти, но Вик держал крепко.

— Я думала, ты все вспомнил!

Вик чувствовал, что его обуревает злость, и огромным усилием воли удерживался от того, чтобы не начать трясти Лиззи, добиваясь вразумительного ответа. Нет, так не пойдет.

Спокойно, спокойно!

— Лиззи, — очень-очень тихо и очень-очень сдержанно произнес Вик, — будь умницей и объясни мне наконец, что здесь происходит. Иначе, клянусь темными, я за себя не отвечаю!

— Я все расскажу! — пообещала она. — Но давай сначала выйдем на берег!

Лиззи вышла из озера в сухой рубашке, словно и не была в воде, а Вик, конечно, промок насквозь. И даже костра не развести, чтобы согреться. Возиться с деревяшками в темноте, пытаясь разжечь огонь, бесполезно. Чувствовал он себя премерзко, но старался не показать своего состояния.

Тяжело привалился к камням. Вик уже начинал ненавидеть эту пирамиду. Ему казалось, она теперь никогда его не отпустит, так и будет снова и снова возвращать на это место, словно заколдованная.

Он щелкнул пальцами, отчаянно надеясь, что сумеет сотворить хотя бы крошечную искру, но тщетно. Его злость на Лиззи почти прошла. В конце концов, что бы она ни натворила с его магией, он это, похоже, заслужил.