Запах ведьмы

От пола отлепился третий охранник, тяжело встал и, хромая, подошел ко мне, кривя толстые губы в злобной гримасе.

– Счет? Просто счет? Типа, три водки, два кофе и один дебош, да? Он мне голову пробил! Вы думаете, всех купили, так все можно? Да?!

Со лба снова закапала кровь, но охранник не стал вытирать ее, чтобы всем было видно, как сильно он пострадал.

Один из охранников взял его за плечо.

– Андрей, успокойся. Все уладим. Пошли, тебя перевязать надо. Все уладим.

Пострадавший успокоился на удивление быстро, и они, все трое, вышли, ничего не сказав нам на прощание.

В ложе тут же с деловым жужжанием запорхали официанты, восстанавливая поруганный интерьер и сервировку стола.

Потом появился неожиданно веселый метрдотель все с той же застенчивой девушкой-зайцем за спиной.

– Михаил Дмитриевич,– обратился он ко мне.– Все ли в порядке? Может быть, врача для вашего друга?

Я подумал, что пара санитаров тут бы точно не помешала, но вслух попросил лишь счет.

– Уже уходите? – с искренним огорчением спросил улыбчивый метрдотель.

Я кивнул.

– Еще что-нибудь? – спросил он на прощание.

– Да,– вспомнил я.– Найдите мне Николь. Девушка. Я с ней пришел. Куда-то задевалась, понимаете?

– Будет исполнено,– понимающе улыбнулся метрдотель и ушел, обнимая за талию не сопротивляющуюся даже для вида девушку-зайца. Устали они все к концу смены, похоже.

Ганс окончательно пришел в себя и даже кое-что вспомнил.

– Михась,– спросил он, разглядывая свои поцарапанные кулаки,– мы чего, буцкались тут серьезно?

– Угу,– промычал я и вдруг почувствовал, как завибрировала рация в моих руках.

– «Двадцаточка», ответим «третьему». На Ленина, тридцать семь, грабеж. Посмотрите там вокруг, двое в темном, среднего роста, вещи унесли в руках.

Ответа «двадцаточки» я не услышал – видимо, отвечали на другой частоте.

– Менты! – всполошился Ганс, подскочив на диване.– Уходим, Михась! – заголосил он.

Я выключил рацию и тоже встал.

– Подожди. Сейчас пойдем.

В ложу вошла Николь с белым от ярости лицом. Не останавливаясь, она пересекла ложу, подошла к нам с Гансом и процедила сквозь зубы:

– Эй вы, два недоумка. Особенно ты.– Она ткнула пальцем Гансу в живот, и его качнуло от неожиданности.– Наш счет составил триста пятьдесят тысяч, из которых триста – твой дебош.

Она показала нам какую-то бумажку с печатями и снова яростно ткнула Ганса в живот.