Запах ведьмы

– Эй ты, красавчик! А тебя как зовут? – спросила вдруг Николь, хлопнув Ганса по плечу.

– Братва Гансом кличет,– буркнул он, не оборачиваясь.

– Да мне не кличка твоя нужна, а нормальное имя,– поморщилась Николь.

– Ганс – мое имя,– сообщил он, теперь уже повернувшись всем корпусом, чтобы смерить взглядом наглую тетку.

– А фамилия?

– Миллеры мы,– ответил Ганс с достоинством.

– Что? – не поверила Николь.– Прохоров и Миллер?! А Абрамовича у вас там, в казарме, случайно, нет?

– Да он и правда Миллер,– успокоил ее я.

– Охренеть можно,– призналась Николь, переводя обалдевшие глаза с меня на Ганса и обратно.

Мы проехали развеселую, сияющую огнями улицу и встали на перекрестке, пропуская кавалькаду дорогих авто. Закатное солнце пустило последние на сегодня лучи, бликуя ими по лакировке автомобилей, а вокруг, перебивая солнечный свет, бесновалась реклама.

Я сидел в двенадцатидверном лимузине, в машине, которую раньше даже по телевизору нечасто видел, в обществе женщины, которая казалась мне воплощением неземной красоты и роскоши, и которую я, простой питерский студент-недоучка, мог, пусть иногда, любить так, как мне хочется, и мы ехали на экскурсию по самым роскошным заведениям Москвы. Ну за что мне такое счастье, хотел бы я знать?

– Ну что, счастье мое, слушай диспозицию на сегодня,– опять сухим строгим тоном сказала мне Николь.

Я улыбнулся и кавалерийским броском придвинулся к ней сразу на полметра.

– Но-но! – встрепенулась она, испуганно оглаживая платье, будто я уже сорвал его.– Сиди на попе ровно и слушай сюда.

Я сел ровно.

– Тебя зовут Гансом Миллером. Понял? Ганс Миллер. Ты – саратовский бизнесмен. Эй, ты меня слышишь? Повтори, что я сказала!

– Меня зовут Гансом Миллером. Я – саратовский бизнесмен,– послушно повторил я, совершенно не вникая в смысл сказанного.

Ганс опять повернулся к нам и с искренним негодованием закричал:

– Какой же это Ганс Миллер? Где вы таких Миллеров видали? Да с таким чертом ни один Миллер рядом срать не сядет! Да из него Миллер – как из лося велосипед!

– Молчать!! – вдруг рявкнула Николь так, что мы оба вздрогнули.

Да-а, глотка у нее луженая, прямо как у нашего комбата. Тот тоже – как нажрется, давай орать на плацу про то, какие мы все дебилы и как отчаянно позорим российскую армию.