Ковен Ядовитых Жал

К сожалению, в мире Киссии жизнь без магии существовать не могла вовсе.

— Вот, возьми, Киссия, — раздался над ухом ведьмы голос помощника бабушки.

Киссия оторвала взгляд от журнального столика в кабинете Кассандры и посмотрела на подошедшего юношу. В его руках была большая фарфоровая чашка с дымящимся напитком. Он протянул его девушке, вкладывая в озябшие руки, и сочувственно улыбнулся, от чего его очки слегка съехали вниз на переносицу.

— Спасибо, Аркан.

Кружка в ее холодных руках казалась обжигающей горячей, а напиток пах хвоей и терпкостью.

К хорошо знакомому девушке аромату хмельных шишек и сосновых иголок, помогающих унять беспокойную боль в сердце, примешивалось что-то еще.

— Это не обычный Санакор, — сказала она, делая глоток, согревший саднящее горло.

Аркан кивнул, поправив очки.

— Я добавил кориандр. Очистить тело от влияния... гула, — сказал он, замявшись в конце предложения.

Ведьма покрутила чашку в руках. Год назад она пила Санакор, ведьминское успокоительное, чтобы справиться с потерей сестры.

Несколько месяцев назад она опустошила последний пузырек и решила перестать его принимать, почувствовав, что сможет попытаться справиться со своим горем самостоятельно.

Не получилось.

Аркан продолжал стоять рядом, словно боялся, что если перестанет держать в поле зрения, ведьма впадет в истерику или примется крушить все вокруг.

«Ба очень не хочет потерять какой-нибудь из ценных артефактов, выставленных на витринах», — поняла Киссия. Опасения Главы Рода и ее помощника были напрасны. Она не собиралась ничего крушить или выплескивать свою злость.

Потому что их не было.

Киссия чувствовала себя как никогда отрешенно и пусто. По большому счету, даже терпкий хвойный напиток, принесенный Арканом, был без надобности для успокоения ведьмы.

— Когда вернется ба? — спросила Киссия, просто чтобы не молчать. Аркан кинул взгляд на ширму из застывших в воздухе капель воды, которые с каждой минутой становились все более мутные и матовые, теряя свою прозрачность, и вздохнул.

— Если скоро ее не отпустят с собрания глав кланов, то это может закончиться чем-то непредсказуемым, учитывая ее состояние.

Кажется, она злится, — сказал колдун, отходя к стеллажу у стены, с полки которого из бронзовой чаши на пол кабинета стелился дым, пахнущий апельсином и лимонной мятой.

Киссия сделала еще один глоток усовершенствованного Арканом Санакора, и поморщилась от прострелившей шею боли. Ее рука потянулась размять напряженные мышцы — и наткнулась на цепочку с кольцом.