Ковен Ядовитых Жал

Кад ухмылялся, потирая подбородок большим пальцем.

Юная ведьма не могла выспаться уже второй день, и если прошлой ночью она не спала вовсе, занятая приготовлением зелья для мальчика, то этой смогла подарить себе целых четыре часа сна, которые урвала в перерыве между доведением зелья до логического завершения и суетливым ранним пробуждением без будильника.

Первым делом Киссия взяла в руки колбу, ожидая увидеть тот самый кристально прозрачный вид снадобья, к которому так стремилась, и обнаружив помутнения, почувствовала досаду.

Если верить учебнику, нет ничего страшного в легкой дымке, но выслушивать насмешки от пятисотлетнего колдуна было не очень-то приятно. Когда в семь утра девушка вышла из своей половины дома на кухню, к удивлению обнаружила, что Кад уже ждал. И не только он. Ароматный свежесваренный кофе чарующе манил белым дымком над чашкой.

— С ядом? — спросила Киссия, принюхиваясь к содержимому. Разумеется, если яд и был, он не мог бы перебить насыщенный горьковатый аромат утреннего напитка.

— Как ты любишь, моя королевская кобра, — парировал Кад, и Киссия хмыкнула, не находя в себе силы на очередной спор. Она молча пила кофе, разглядывая исподтишка мутноватую склянку.

Наконец, ровно в восемь утра стук в дверь огласил конец ее ожиданию.

Мужчина в этот раз выглядел не так печально. Возможно дело было в том, что она видела его в прошлый раз глубокой ночью, но круги под его глазами стали меньше, а надежды во взгляде больше. Он благодарно взял из ее рук флакон с жидкостью, выслушал указания по приему и протянул свернутые втрое купюры.

— Нет, не надо, — отказалась Киссия, покачав головой.

— Возьмите, возьмите, пожалуйста. Мы вам очень благодарны за помощь, — сказал мужчина, продолжая протягивать руку.

— Мне ничего не нужно, — упрямо поджала губы девушка, закрывая перед носом мужчины дверь, — Лучше потратьте их на сына.

— Но...

Киссия уже не слушала. Она прижалась спиной к закрытой двери, расслабленно стекая к полу. Работа сделана, можно отдыхать. Весь день она провалялась в кровати, отсыпаясь за изматывающие две предшествующие ночи, и вечером предсказуемо не смогла вовремя лечь спать, чтобы следовать режиму, который позволил бы без проблем бодрствовать на лекциях в институте.

Из-за очередного, теперь по собственной вине вызванного витка бессонницы, Киссия вечером того же дня снова была на кухне, и пыталась ручным (а не магическим) способом, отмыть застоявшиеся пятна на любимой сковороде, когда раздался стук во входную дверь.