Тень-на-свету

Расставленные маячки долго безмолвствовали, но вот сегодня наконец сработали. Чмур. Все-таки он.

Геор подвесил к ремню самые необходимые зелья, на всякий случай добавил кровеостанавливающую настойку. Зелье «Жар» открыл и выпил здесь же: день промозглый, а куртку придется оставить в офисе.

Захлопнул ячейку, и рука автоматически метнулась к оголовью меча над левым плечом, но тут же опустилась.

— Нервничаешь, охотник? — с ухмылкой спросил Петр.

Он стоял за закрывшейся дверцей. Геор не ответил, однако руку для рукопожатия пусть с неохотой, но протянул.

Ладонь палача была твердой, прохладной и сухой.

— Ты по делу или мимо проходил? — без улыбки осведомился Георгий.

— Вообще-то по делу. — А вот Петр никогда не скупился на улыбки, удивительно доброжелательный палач. — Ты должен зайти к нам в отдел, заполнить опросник. Ничего серьезного, так, выборка.

— Зайду, — коротко ответил Геор. — Позже, если время появится.

Будь его воля, он бы никогда больше не спустился бы в этот смрадный подвал…

Нет, на самом деле стены подвальных помещений были отделаны белейшими пластиковыми панелями.

Двери, тоже выкрашенные в белый, закрывались герметично, как иллюминаторы на корабле. Геор предпочитал не заглядывать внутрь, чтобы не застать мастера-дознавателя за работой. Но в прошлый раз, когда он спустился, чтобы заполнить какие-то бумаги, одна из дверей приоткрылась и до слуха донесся нечеловеческий стон мучимого существа.

— Должно появиться! — улыбка не стерлась с лица Петра, но голос прозвучал жестко.

Геор молча отправился к выходу. В конце концов, отдел охотников не подчиняется отделу дознавателей. Если какие-то претензии лично к нему — пусть пишут рапорт Большаку.

Жар еще не вступил в полную силу, и в первую секунду прохладный ветер омыл разгоряченную кожу, очистил от чувства гадливости. Геор был готов к охоте.

Он двигался сквозь толпу, но люди не удивлялись его странному виду, не пялились на меч за его спиной. Геор знал, что сейчас он для них лишь размытое темное пятно.

Тень-на-свету. Его увидят только тогда, когда он сам этого захочет.

В обычном своем состоянии Геор добрался бы до городского парка за час, сейчас же, войдя в боевой режим, он сжимал пространство, как гармошку: каждый шаг заменял десяток шагов. Его глаза с расширившимися зрачками не упускали ни одной детали. Людей он видел вспышками света — дети, полные жизненной силы, сияли, как лампочки, старики светили тускло, мерцали.