Дар ненависти

Светлый проём настежь открытой и подпёртой камнем по случаю духоты двери снова перекрыли. На этот раз посетители не расступились в стороны, пропуская изящную фейри, а в ужасе метнулись по углам, едва не пытаясь забраться на стены, чтобы оказаться как можно дальше от высокого болезненно истощённого мужчины в боевом обмундировании и с мечом, который он даже не соизволил перевязать фридбондом[2].

- Госпожа ведьма, - Брет мягко, но цепко ухватил жену за руку и передвинул себе за спину, - помните, я говорил, что я не последний человек в Лоаноге? Так вот, если я не последний, то господин Кайлен – первый.

Вошедший в три размашистых шага преодолел расстояние до нас, терпеливо выслушал хвалебные оды своей снисходительности, что позволила ему средь бела дня явиться в заведение, положил ладонь на рукоять меча и, наконец, обратился к той, за кем пришёл:

- До чего приятная неожиданность! В нашем маленьком милом городке появилась настоящая ведьма! Нам обязательно нужно познакомиться поближе, как считаете?

Красавица-Айн одними губами произнесла слово, которое таким нежным и трепетным особам знать не полагалось.

[1] Белые Дамы – духи леса. Фейри, доброжелательно относящиеся к людям, помогающие женщинам и заплутавшим путникам, но, как и все волшебные существа, способные жестоко карать недостойных, неблагодарных и просто попавших под горячую руку.

[2] Фридбонд – так называемый ремешок добрых намерений. Представлял собой прочный шнурок, соединяющий ножны и рукоять меча. В средневековье считалось хорошим тоном использовать подобное устройство, мешающее быстро выхватить оружие, в больших городах или на дружеских встречах.

Глава 8. Не своё дело вдвойне интересно

Виски давило невидимыми тисками и отпускало на единое мгновение лишь для того, чтобы сжать с новой силой.

- Тише, тише, Белен из благородных, - заботливо шептала мучающая меня Брианна, вновь запуская в голову щупальца магии. – Знаю, неприятно. Ты расслабься - станет легче.

Нам с сестрой по десять лет. Вирке пробирается по скользким, в маслянито-зелёных разводах водорослей, камням к самой середине пруда. Золотистые солнечные лучи перебирают ничем не закреплённые волосы и теряются в тёмных прядях, путаются, уже не желая рваться на волю.