Дар ненависти

Существо, не могущее называться простым человеком, улыбаясь знакомым, и обнимая близких подруг, прошествовало к столу, который я уже привыкла считать своим, уселось напротив, воспользовавшись замешательством едва дождавшегося своей очереди прыщавого паренька, непринуждённо закинула одну ногу на другую, что, как ни странно, не вызвало ни единого порицающего взгляда, поманило меня тоненьким пальчиком и по-змеиному прошипело:

- Какого гоблина ты делаешь, идиотка? – я раскрыла рот, не в силах вымолвить ни слова, а красавица продолжала доброжелательно улыбаться и шептать, не меняясь в лице: - матушка Иона знает, что ты здесь? Высечь бы тебя хорошенько, может хоть немного ума бы прибавилось.

- Айн, любовь моя! – Брет, при всё желании, не сумевший бы не заметить странную даму даже в ещё большей, чем наша, толпе, с усилием протиснулся между шумно обсуждающими женские прелести сурового вида мужчинами и подсел к нам. – Госпожа Ведьма, это Айн, моя дорогая жена.

Айн обвила худенькими руками мясистую шею возлюбленного, звонко поцеловала в щёку, стёрла пальчиками влажный след и надула губки:

- Милый, ты почему не сказал, что у тебя такие гости? Мне же тоже интересно!

- Ну бусечка! Ну как я мог? Посмотри вокруг: с самого утра не протолкнуться. Не оставлять же тут всё без присмотра.

Она спрятала обиженное личико за светлыми прядями и, не упустив возможности злобно зыркнуть на меня, высоким расстроенным голосом пискнула:

- Ну, раз у тебя нет на меня времени…

Брет моментально сдался:

- Айн, сердечко моё, не обижайся! Как я могу исправиться?

- А госпожа ведьма посмотрит моё будущее? – Айн по-кошачьи склонила голову, погладила сразу же выпятившуюся от гордости грудь мужа.

- Она как раз за этим и сидит.

- Но не здесь же, - капризно качнула ножкой Айн, - не при посторонних. Не хочу, чтобы кто-то слушал о нас, - закончила она с придыханием.

- А в отдельной комнате госпожа ведьма с моей любимой жёнушкой побеседует? – с надеждой обратился Брет ко мне, окончательно растаяв и целуя тонкие пальчики.

- А-а-а, - выдавила я самое вразумительное, что получилось.

- Десять серебряных сверху, - едва слышно добавил транжира. – Всё ради моего сердечка!

- Пятнадцать, - машинально поправила я, прикидывая, что за беседу со странной девушкой и сама готова приплатить. Понять бы, чего она от меня хочет.

Но уединиться мы не успели.