Наследие снов

Уна должна стать сильным воином, раз её посчастливилось попасть к нам.

Самое сильное чувство, которое я испытывал когда-либо к Амаунет, было желание обладать её телом как можно более жестким образом, чтобы услышать, как она стонет от удовольствия.

И это никак не совпадало с этим странным и незнакомым чувством, которое буквально прожигало внутри меня отдельное место.

Береги её – примерно так слышалось мне.

Я потряс головой, прогоняя мысли об Уне, и вновь возвращаясь к тем мыслям, которые клубились в голове последние дни.

Я бесшумно шагал по ступеням наверх в свою комнату, и, наверное, со стороны могло показаться, что я не иду, а парю над полом. Мне нравилась эта игра самим с собой – немного безумия стало появляться с того момента, когда я понял, что наш мир без наследия обречен. Я гнал мысли о скорой катастрофе прочь, которая позволит океану проглотить наш материк, но они приходили снова и снова.

Каждое утро я ловил себя на мысли о том, что этот день может стать последним днем в моей жизни, и старался изо всех сил, чтобы этого не произошло.

Мир угасал.

Я чувствовал в это в ночном воздухе, когда бывал в дозорах, чувствовал в дыхании леса и в волнах океана – во всем этом было что-то такое, отчего кровь стыла в жилах.

Но я держался, потому что сдаваться было нельзя.

Держаться ещё помогала Амаунет – её нежный взгляд, её способность вытаскивать меня из этой депрессии – это всё помогало мне жить, хотя бы так, ожиданием хороших дней.

Я распахнул дверь и одним движением захлопнул её за собой. Не снимая сапог, я прошёл к камину и уселся прямо на пол.

В какой момент это началось? Я не знал. Никто не знал.

Просто в один день мы все стали свидетелями огромной ударной волны, которая обрушилась на клан Русаси, и стерла почти целую деревню с берега материка. Чудом удалось спасти несколько десятков людей, которые в шоке от произошедшего потом долго не могли прийти в себя.

Наверное, именно в тот момент наш мир и пошатнулся.

Потом я стал Командиром Гамидов и встретил Аму.

Каждый раз в воспоминаниях я возвращаюсь в прошлое и не могу ничего изменить, как ни пытаюсь. Словно мне суждено было встретить Амаунет и даже, наверное, полюбить её.

Любил ли я её? Любила ли она меня?

Мне хотелось бы верить, что мы любили друг друга, но от меня всё время ускользала та самая деталь, которая отличает любящие пары от всех остальных.