Один поцелуй до другого мира

Ива поняла, что ноги не держат — слишком много потрясений для одного дня, — присела на постель, уверенная, что от переживаний все равно не сможет уснуть… и уснула уже спустя несколько минут.

Очнулась в полумраке: почти все свечи прогорели, лишь фитилек одной мерцал неровным пламенем в лужице воска. Постель покачнулась, будто кто-то присел на край.

— Ксандор? — вскинулась она.

И испуганно замолчала, увидев склоненное над ней лицо: темные волосы, черные внимательные глаза. Принц Лоуренс.

— Выше Высочество, — хрипло произнесла Ива, садясь и подбирая под себя ноги.

— Разве Корнелиус не предупредил?

— Да… Но…

— Не бойтесь, принцесса.

Принц сидел совсем близко, но не делал попыток коснуться ее, хотя разглядывал пристально. Иве, к чему лукавить, был знаком этот взгляд. Каждый мужчина смотрел так на алую жрицу — восхищаясь, желая обладать и понимая, что алая жрица вроде луны на небе, прекрасна и недоступна.

— Завтра я отправлю вас домой, — сказал вдруг Лоуренс, когда Ива почти было уверилась в том, что, с точки зрения принца, обладание одной из невест до окончания смотрин не такое уж серьезное преступление.

— Что? Почему?

— Вы против?

Ива не знала, что ответить на этот вопрос. Она была против, но вовсе не по той причине, на которую надеялся принц. Если она вылетит сейчас, то они с Ксандором могут надолго застрять в этом мире, а времени почти нет.

— Да… — прошептала Ива. — Я хочу остаться.

Лицо Лоуренса посветлело.

— Это не навсегда, — сказал он. — Не пройдет и года, как я снова приглашу вас в замок. Больше пока ничего не могу объяснить, вам придется довериться мне, принцесса.

«Не пройдет и года…» Ива вспомнила портрет несчастной Мины, угасшей за несколько месяцев. И хотя принц не собирался давать объяснений, Иве все было ясно, как дважды два. Лоуренс решил отослать Злату, а значит, выберет в жены другую девушку.

— Кстати, что там у тебя с этим мальчишкой? — небрежно спросил принц, насладился ошарашенным лицом Ивы и добавил: — Он ведь не всерьез надеялся меня провести? Я догадался о подмене в первый же день. Но малышка Устина так неподражаема, что я не в силах с ней расстаться.

Выходит, Ксандор был прав: Лоуренс его раскусил.