Буран

Он не понимает…

- Подождите! Стоп, стоп! – Василий поднял руки и чуть попятился назад с недоброй, нервной ухмылкой посмотрев на священника – Так вы, что это… Заражены?! Я правильно понял?!

- Отчасти. Это безопасно, не надо бояться – отозвалась Полина – Образец был ослаблен, почти до уровня прививочной активности. Еле живой, короче – она вздохнула – И в поселке я поняла, что это он… - Полина снова указала на батюшку – Поняла по поведению, что утеря образцов произошла по его вине.

- Каким образом вы поняли, что это он? – Василий угрюмо уперся руками в стол, нависнув тяжелой горой.

- Ну, во-первых, он был постоянно раздражен, вел себя как психопат всю дорогу – усмехнулась Полина, глянув на хмурого священника – Во-вторых была ключевая фраза. Его жена Машенька, она улучила момент. Подошла ко мне и пожаловалась, что дескать муж её, человек святой, добрый и открытый, в последние дни будто белены объелся. Несет какой-то бред. И она его совсем не узнает…

Полярник молча кивнул, слушая.

- Старец Йоко, из поселка, рассказал, что в старые времена их племя использовало вирус для определения чистоты души – Полина вздохнула с усмешкой и покачала головой. Скривилась, словно отпила горечи – И о том, что на самом деле, болезнь вызывает выжимка из некоего растения.

- Так… - повел бровью Василий, внимательно слушая.

- Но это не может быть правдой, так как вещество и его воздействие не являются психотропными. И в какой-то момент до меня дошел смысл ритуала – оживленно объясняла Полина – Речь идет о болезни, которая вызывает сильные, болевые ощущения внутри.

- Не совсем – буркнул в ответ Василий.

- Это как бесконечная зубная боль или артрит – попыталась объяснить Полина – Очень тяжело оставаться спокойным, когда тебя терзает долгая, мучительная, ноющая боль.

Василий молча кивнул.

- Учитывая веру племени в действие отвара, каждый реагировал на болезнь по-своему – продолжила Полина – Кто-то держался, кто-то сходил с ума от раздражения и кидался на всех вокруг.

Священник молча отвернулся.

- Я ведь знаю, что он хороший человек – в спину Гавриле произнесла Полина.