Песня полуночи

Только делиться своими умозаключениями Юника не спешила, хоть Илья и был невероятно вежлив и мил настолько, что вызвался ее проводить до дома, когда девушка отказалась ехать с ним на полицейском мобиле. Сказал, что так будет спокойнее.

Пускай. Только вот от соседских сплетен не оберешься, любопытные любительницы почесать языком на скамейке все косточки ей перемоют. На дурость эту было бы плевать, если бы не тетка, которая из-за всех этих сплетен сильно переживала.

У входа в парадную Юника распрощалась с Ильей и быстро поднялась к себе на этаж.

– Что за безобразие, милочка? Что за вид?! – заверещала Талия Диамантовна, век бы ее не видеть и не знать. Но именно эта старая мымра являлась председателем коммунального комитета. Ссориться с ней было никак нельзя.

– И вам добрый вечер, Талия Диамантовна, – игнорируя придирчивый взгляд соседки и повышенный тон, вежливо поздоровалась Юника.

Объясняться и оправдываться не было никакого смысла, соседка для себя все решила еще тогда, когда Юника пошла учиться в академию. Талия то и дело считала нужным сообщить свое бесценное мнение по этому поводу. Ведь приличные девушки ни в каких акадэмах учиться не должны. Они должны как можно раньше выйти замуж, родить побольше детей и посвятить себя служению супругу. Куда при этом девать детей, предприимчивая дама не объясняла.

В частности, супругом Юники она видела своего сына Вениамина, который работал научным сотрудником музея искусств. По мнению Талии, сын был глубоко ученым и невероятно умным человеком. Знал много слов, постоянно переписывал книги и во всем советовался с мамой. Не муж, а мечта.

Юника о таком счастье разумеется даже и не мечтала, за что и подвергалась постоянной критике соседки.

– Явилась домой в непотребном виде, да еще и в компании чужого мужика, и это первый рабочий день? – возмущалась Талия.

– Ну, если придется работать с криминалом ночью, то естественно могу и не явиться домой, и Вениамин мне не жених, чтобы придерживаться его мнения.

Юника попыталась прорваться к спасительной цели, но не тут то было.

– Послушай, дорогуша! – пухлые пальцы впились в предплечье и больно сдавили руку.