Эриол. Великая самозванка

Но даже в самых смелых своих фантазиях она представить не могла, что он будет говорить с ней так… будто ему не всё равно. Хотя, наверно всё дело в сходстве с Эриол. Другого объяснения у девушки не было.

- Мне известно, что задумал Кай, - продолжал Эрик. – И я почти не сомневаюсь, что у него всё получится, но так же я знаю, что получив то, что желает, он уйдёт. А ты останешься на престоле.

Рус дёрнулась и сильнее вцепилась в бокал. После этих слов она и думать забыла о каком-то там трупе.

- Вы хотите сказать, что он позволит рабыне самостоятельно управлять королевством? – она и сама не помнила, чтобы хоть когда-то говорила так эмоционально.

Занятая собственными эмоциями, Рус не придала значения тому, что постукивает пальцами по стеклянной стенке бокала. Она не заметила, что сидит в кресле полу боком, а одна нога закинута на другую… что, будто следуя давней привычке, голова её сама по себе чуть склонилась на бок, а осанка такая, что позавидует любая аристократка.

Барон видел сквозь наложенный племянником морок, потому что знал, кто скрывается под ним. И сейчас он смотрел на Рус округлившимися от шока глазами, и оказался не в силах произнести ни единого слова. Нет, он мог поверить во многое… и в то, что люди бывают так поразительно похожи внешне, и даже в то, что у них почти одинаковые голоса. Но привычки… Разве могут у двух разных людей быть одни и те же привычки?!

Барон вдруг резко подскочил с места и выругался так красочно, что позавидовали бы и конюхи.

- Боги, как такое возможно?! – причитал он, мерея шагами кабинет. – Как, скажи мне?!

Он повернулся и, быстро оказавшись рядом с девушкой, упёрся ладонями в подлокотники её кресла.

- Рус, - сказал он, внимательно глядя ей в глаза.

Она подняла на него взгляд, и все слова мигом улетучились из мыслей напряжённого барона. Как-то так получилось, что он никогда раньше не смотрел на неё так пристально… так близко. А ведь, если бы удосужился, то многое было бы иначе. Этот тяжёлый взгляд он помнил всегда и никогда бы не смог перепутать с другим. И пусть радужка совсем другого цвета, но сути это не меняло.

- Ты не Рус, - сказал он, наконец. – Но, видимо, сама об этом не знаешь.