Мой самый близкий враг

Милана тоже могла похвастаться высоким происхождением, но её семья давно потеряла капиталы, родовые земли и, как следствие, приставку Фар к фамилии. Зато воспитание Мила получила в лучших традициях юных леди Карфитского королевства. Правда, вела себя согласно этикету лишь при посторонних, с близкими она с лёгкостью отбрасывала надоевшие правила и становилась простой и открытой.

Я по официальным документам носила фамилию Фостер и считалась обычной девочкой из обеспеченной семьи, чьи родители в состоянии оплатить учёбу в лучшем магическом университете страны.

При этом не скрывала, что моя мама давно вышла замуж за лорда из соседней Долгарской Республики, и на каникулы всегда уезжала к ним.

Девочки личной жизнью моей матери не интересовались, и только Мила была в курсе, кто теперь значится моим отчимом. Лорд Леонард Ремерди много лет занимал пост премьер-министра, считай, был в республике вторым после президента. Но года три назад решил уйти со столь ответственного поста. Теперь он просто являлся членом парламента, а также занимался семейными делами.

И всё же Милане хватило обрывков моих пояснений, чтобы понять, кем ему приходится Лирден. Но свои догадки моя подруга держала при себе и пообещала ни с кем ими не делиться.

— Знаешь, Дайри, странно выходит, — начала она, взяв меня под руку и чуть отстав от наших девочек, бодрым шагом направляющихся на полигон. — Я тут понаблюдала, поспрашивала и вот что выяснила. Все парни из переведённых к нам простолюдины, и даже не из среднего класса.

Тут слухи ходят, что их обучение в нашем университете взялась оплачивать корона. Но я вот не пойму, как к ним попал твой Лирден?

— Откуда мне знать? — бросила я. — И вообще, мы же решили, что забудем про наш глупый договор. Так что не стоит говорить о Лире.

Мы действительно договорились забыть о том глупом соглашении. С радостью бы его и вовсе аннулировали, но оно было подтверждено магией, а с ней подобное не провернёшь. Кстати, именно Мила предложила такое решение. Оказалось, что во время моей попытки извиниться перед Лирденом Мила присмотрелась к объекту своей симпатии, оценила его окружение и сделала выводы.

В тот же вечер она сама заявила мне, что считает неправильным связываться с одним из этих невоспитанных хамов. Её дико возмутило, что никто из боевиков так за меня и не заступился, а пошлые фразочки, наоборот, отпускали многие.

Таким образом, мы решили не выполнять пункты глупого договора и просто продолжить жить как жили.