Дочь Палача

Вот только тьма привлекала меня больше, и я ринулась к ней, ветер, оставив свои потуги вознести меня, отступил.

— Элия, – голос прозвучал отчётливей.

— Да! Я уже… – отчего-то глаза наполнились слезами, а потом… Потом меня скрутила резкая боль в области шеи, и не выдержав, я закричала…

— Эй, как себя чувствуешь, – нежный шёпот, как тёплый весенний ветерок коснулся моего уха.

Я открыла глаза и улыбнулась, боль отпустила и на меня нахлынуло неописуемое облегчение. Повернув голову, увидала лежавшего рядом со мной Эйнара.

— Да ничего, – тихо произнесла я, чуть хрипя от сухости во рту.

— Твой отец мне едва голову не оторвал. Что, не могла применить силу? Полезла сама… Если бы кинжал пролетел ниже… – Эйнар притих, откинувшись на подушки.

— Ну всё же обошлось… Сколько я пролежала?

— Сегодня третий день.

— А как все остальные?

— Относительно неплохо.

— А что с Боггсом?

— Пока сидит под арестом...

— Его не казнят за измену? – я удивилась. Неужели он не предстанет перед судом?

— Элия, – прошептал Эйнар, – Боггс – член королевского рода.

Я хмыкнула. Свои правила? Даже после того, что он сделал?

— И что же, его никак не накажут?

— Почему же? В свое время и в свой час возмездие все же придёт к нему. Например, на охоте...

— Что?

— На охоте лошадь может понести, он свалится и… свернёт шею, например, – мужчина улыбнулся, лег на бок, повернувшись ко мне. Теплая рука дотронулась до шеи. От его прикосновения всё тело задрожало.

— Сильно болит? – произнёс он.

— Уже нет, – хотя лёгкое жжение всё же было, но говорить об этом я не стала. Пройдёт со временем… Всё пройдёт со временем: и печали, и горести.

Я смотрела на Эйнара и не могла отвести взгляд, он будто манил к себе. Такой мужественный, суровый. Но глаза его смеялись, уголки губ чуть подрагивали. Я дотронулась до его шрама на щеке.

— Где ты его получил?

— На войне, где же ещё, – Эйнар улыбнулся, и взяв меня в охапку, прижал к себе.

— Я люблю тебя, – прошептала, вдыхая древесный запах мужского тела.

— Я дурак, – наконец произнёс он, проглаживая мои волосы.

— М-м-м?

— Вел себя как последняя скотина. Боялся признаться… – Эйнар замолчал, сердце его забилось чаще. Он подбирал слова, пытаясь рассказать о своих чувствах.

— Когда? – я задала один единственный вопрос.

— На балу, – ответил он, поняв, что я имею в виду.

И мне этого было достаточно. Ведь не каждый мужчина способен рассказать о своих чувствах.