Призванная на отбор

— Великое Древо дает самым сильным девицам знак, — будто не слыша, продолжила Хильда, — и, говоря о силе, я имею в виду и силу духа, и силу плоти.

— Так из-за этого я и оказалась здесь? Плоть вашей Даффи оказалась слаба?

Но Хильда снова пропустила мой сарказм мимо ушей.

— Первое испытание — это ритуал помолвки. Пройти его сможет лишь невинная и чистая дева. Если знак может получить любая, ритуал помолвки должен прояснить остальное. И ты прошла его так легко, что и первая элия была бы удивлена. А ведь я говорила Даффи, что все получится, но разве молодежь слушает тех, кто старше и мудрее! В давние време…

— Прекратите! — не вытерпела я.

Хильда рассуждала о моем будущем как о решенном факте. Она не знала, что много лет назад я дала себе клятву, суть которой заключалась в том, что моя жизнь принадлежит только мне. Никто не вправе указывать, как мне жить и распоряжаться своей судьбой. Я рано стала самостоятельной. Взяв себя в руки, я спросила: — Что помешает мне прямо сейчас пойти к Аласдэру и рассказать ему правду?

— Ну и манеры! — в голосе Хильды было слышно негодование.

— Эльден Аласдэр! Обращайся к нему только так, если хочешь жить! И больше не смей просить его о поцелуях! Это же мрак знает что такое!

— За нравственностью своей племянницы нужно было следить, — не удержалась я. Хильда лишь досадливо отмахнулась.

— А относительно твоего вопроса... Что ж, попытайся, Дафна, но помни, что вернуть обратно тебя сможет лишь призвавшая, то есть я. Тебе не поможет ни эльден, ни Великое Древо, ни сам цветочный дракон.

— И все же я попробую, — мстительно проговорила я, намереваясь прямо сейчас сдаться с повинной Аласдэру.

Я не верила шантажистам. Стоит пойти у них на поводу — и прощай, свобода. Хильда выбрала не тот способ воздействия. Я не ее глупая племянница, которую можно уговорить на любой безрассудный поступок, как, например, прыжок в другой мир. Если с магией в этом мире все в порядке, какой-нибудь способ вернуть меня обратно должен найтись.

Я вдруг отчетливо осознала, что все происходящее мне не снится и не является плодом моего воображения. Кожу на груди еще жгло, да и слова Хильды многое объяснили. Сама я бы такое никогда не придумала.

Я протянула руки к медальону, чтобы предоставить эльдену доказательство правдивости своих слов, но украшение взвилось выше, не давая схватить его.

— Не спеши, — насмешливо протянула Хильда. — Мне кажется, я смогу тебя заинтересовать.

— Это вряд ли.